О казахской фотографии
История фотографии в Казахстане начинается с конкретной даты – 1854 — и конкретного изображения – двойного портрета Ф.Достоевского и казахского этнографа Ч.Валиханова, сделанного во времена ссылки писателя в Семипалатинск неустановленным автором. Следующей важной датой считается 1874 год, когда был издан альбом «Виды и типы Западной Сибири» за авторством жены губернатора края Л.К.Полторацкой, что стало началом этнографического интереса к далекой азиатской окраине Российской империи.
Большой вклад в изучение региона внесли фотографы, сопровождавшие исследовательские экспедиции, связанные с т. н. «большой игрой» – борьбой России с Британской империей за влияние в Средней Азии. Коллекцию этнографических фотографий собрал также ссыльный поляк Константин де Лазари — в 2000 году она была показана его наследниками на выставке в Лодзи.
Появляется и бытовая фотография – в 1873 году в городе Верном (ныне Алматы) было открыто ателье С.А.Лейбина, а в 1903 году в Павлодаре – студия Д.Багаева.
Этот небогатый перечень не включает авторов видовых почтовых карточек и семейных портретов, которые хранятся в архивах казахстанских музеев и частных коллекциях, поскольку по-настоящему историей фотографии в Казахстане занимаются всего несколько человек.
Впрочем, по сравнению с последующим периодом вплоть до 60-х годов XX века, и эти скупые сведения довольно изобильны, поскольку в советское время Казахстан превратился в один из самых секретных регионов СССР. Узниками Карлага (Карагандинского исправительно-трудового лагеря) были выдающиеся художники – Л.Кропивницкий, Ю.Соостер, А.Черкасский, В.Стерлигов, А.Фонвизин, Г. Фогелер.
Это была первая часть большого художественного проекта советской власти, положившая начало длинной череде парадоксов — в годы репрессий, в частности, в 1936 году в столице республики была создана первая картинная галерея, в 1937-м – Театрально-художественное училище, а в 1940-м прошел 1-й съезд Союза художников Казахстана.
Энтузиазм участников процесса был настолько велик, что транспортировка выставок осуществлялась на верблюдах, а выставочное пространство организовывалось в кошарах и юртах. Тем не менее, к началу 50-х годов была полностью сформирована система элитарных творческих союзов – композиторов, писателей, кинематографистов.
Хрущевская оттепель привела не только к следующему парадоксу – расформированию концлагерей и строительству Берлинской стены, – но и к не менее парадоксальной идее массового творчества: в 1963 году в Казахстане было организовано 15 фотоклубов: фотография была признана самым «понятным» искусством. Так сложилась ситуация, когда «высокие» искусства играли роль учителя (кстати, неплохо оплачиваемого), а «низкие» – ученика, призванного повторять уроки посредством более доступных средств и материалов. Причем – бесплатно, в свободное от работы время.
В 1987 году количество членов Союза художников Казахстана составляло 300 человек, а фотокружков при школах, вузах и предприятиях – 187. Самых же «профессиональных» фотографов – в большинстве своем самоучек или выпускников факультетов журналистики – объединяли 27 фотоклубов.
Тем не менее именно они прорвали изоляцию – в журналах «Советское фото» печатались объявления о международных конкурсах, и в 1965 году участник алматинского клуба «Медео» В.Бельков отправил свои работы в Чехословакию, где получил диплом, а уже в 1969-м ему была присуждена серебряная медаль в Италии.
Его последователи – И.Сейдалин, В Коренчук, В.Суслин – продолжили прорыв в большой мир, и ныне фотоклуб «Медео» может похвастаться участием в 1435 международных выставках и 200 наградами. Но в течение последнего десятилетия, по собственному признанию, они несколько отстали от жизни, виня, в основном, новые технологии. Тем не менее, фотоклубы 60-х можно и нужно рассматривать как ростки демократии, внесшие свою лепту в развитие общества.
Поскольку советская власть не могла позволить себе неподконтрольной деятельности, вскоре включился проверенный механизм адаптации, забюрокрачивания и цензуры– в 1980 году было организовано государственное издательство «Онер», выпускавшее роскошные репрезентативные фотоальбомы, пропагандистские плакаты и открытки, а в 1989 году состоялся 1-й съезд Союза фотохудожников Казахстана. Все же в сохранившейся иерархии фотография до сих пор рассматривается как подсобный материал, а союзы профессионалов продолжают жить параллельной и обособленной жизнью.
Тем не менее, есть нечто, объединяющее все творческие кланы, – неприятие современного искусства, которое весьма эффективно вторглось, как они считают, в их зоны влияния.
Новый тип художественной деятельности появился в начале 90-х, вместе с независимостью и объявленным курсом на демократизацию страны, сменив техники, содержание и философию искусства, микшируя идеи, технологии и эстетики.
Преодолевая географическую, историческую и информационную изоляцию, новое искусство проявилось буквально физически – перформанс был необыкновенно популярен в середине 90-х годов. Но в новом тысячелетии лидирующие позиции заняли видео и фотография: открытие в стране офисов Британского совета, Немецкого культурного центра имени Гёте, Фонда Сороса, Центра современного искусства Сороса в Алматы дало возможность изучения истории искусства XX века, а также проведения семинаров и тренингов приглашенными специалистами из Европы и США.
Используя архивную фотографию (З.Султанбаева и А.Акмуллаев, С.Сулейменова), работая с постановочной фотографией (С.Атабеков, О.Шаталова, Р. Шепетя) или в программе Photoshop (Е.Мельдибеков, М.Зенгер), занимаясь «живой» съемкой (А.Угай, В.Калиев А.Шиндин), художники пытаются создать адекватный образ Казахстана – страны, которой раньше не было. Поскольку государство взяло на себя ответственность работать на репрезентативном уровне – роскошные фотоальбомы с красотами природы, перечнями достижений и портретами президента издаются даже чаще, чем в советское время, – художники концентрируются на анализе ситуации, интерпретируя ее с позиций современного постмодернистского взгляда.
Ирония, сарказм, и — часто – искренняя тревога сопровождают их комментарии по поводу эволюции государства к авторитаризму, что и является причиной непопулярности современного искусства в Казахстане.
С другой стороны, при обостренном политическом интересе государства к истории, коллекция де Лазари, например, также неизвестна в Казахстане. В стране нет музея фотографии, работы узников Карлага хранятся в запасниках, история искусства XX века преподается выборочно, а фотографии не учат нигде.
Очередная ситуация парадокса – как оборотная сторона эльгиновских мраморов, следствие небрежения собственной культурой, боязни другого мнения и тенденциозного беспамятства.
Большой вклад в изучение региона внесли фотографы, сопровождавшие исследовательские экспедиции, связанные с т. н. «большой игрой» – борьбой России с Британской империей за влияние в Средней Азии. Коллекцию этнографических фотографий собрал также ссыльный поляк Константин де Лазари — в 2000 году она была показана его наследниками на выставке в Лодзи.
Появляется и бытовая фотография – в 1873 году в городе Верном (ныне Алматы) было открыто ателье С.А.Лейбина, а в 1903 году в Павлодаре – студия Д.Багаева.
Этот небогатый перечень не включает авторов видовых почтовых карточек и семейных портретов, которые хранятся в архивах казахстанских музеев и частных коллекциях, поскольку по-настоящему историей фотографии в Казахстане занимаются всего несколько человек.
Впрочем, по сравнению с последующим периодом вплоть до 60-х годов XX века, и эти скупые сведения довольно изобильны, поскольку в советское время Казахстан превратился в один из самых секретных регионов СССР. Узниками Карлага (Карагандинского исправительно-трудового лагеря) были выдающиеся художники – Л.Кропивницкий, Ю.Соостер, А.Черкасский, В.Стерлигов, А.Фонвизин, Г. Фогелер.
Это была первая часть большого художественного проекта советской власти, положившая начало длинной череде парадоксов — в годы репрессий, в частности, в 1936 году в столице республики была создана первая картинная галерея, в 1937-м – Театрально-художественное училище, а в 1940-м прошел 1-й съезд Союза художников Казахстана.
Энтузиазм участников процесса был настолько велик, что транспортировка выставок осуществлялась на верблюдах, а выставочное пространство организовывалось в кошарах и юртах. Тем не менее, к началу 50-х годов была полностью сформирована система элитарных творческих союзов – композиторов, писателей, кинематографистов.
Хрущевская оттепель привела не только к следующему парадоксу – расформированию концлагерей и строительству Берлинской стены, – но и к не менее парадоксальной идее массового творчества: в 1963 году в Казахстане было организовано 15 фотоклубов: фотография была признана самым «понятным» искусством. Так сложилась ситуация, когда «высокие» искусства играли роль учителя (кстати, неплохо оплачиваемого), а «низкие» – ученика, призванного повторять уроки посредством более доступных средств и материалов. Причем – бесплатно, в свободное от работы время.
В 1987 году количество членов Союза художников Казахстана составляло 300 человек, а фотокружков при школах, вузах и предприятиях – 187. Самых же «профессиональных» фотографов – в большинстве своем самоучек или выпускников факультетов журналистики – объединяли 27 фотоклубов.
Тем не менее именно они прорвали изоляцию – в журналах «Советское фото» печатались объявления о международных конкурсах, и в 1965 году участник алматинского клуба «Медео» В.Бельков отправил свои работы в Чехословакию, где получил диплом, а уже в 1969-м ему была присуждена серебряная медаль в Италии.
Его последователи – И.Сейдалин, В Коренчук, В.Суслин – продолжили прорыв в большой мир, и ныне фотоклуб «Медео» может похвастаться участием в 1435 международных выставках и 200 наградами. Но в течение последнего десятилетия, по собственному признанию, они несколько отстали от жизни, виня, в основном, новые технологии. Тем не менее, фотоклубы 60-х можно и нужно рассматривать как ростки демократии, внесшие свою лепту в развитие общества.
Поскольку советская власть не могла позволить себе неподконтрольной деятельности, вскоре включился проверенный механизм адаптации, забюрокрачивания и цензуры– в 1980 году было организовано государственное издательство «Онер», выпускавшее роскошные репрезентативные фотоальбомы, пропагандистские плакаты и открытки, а в 1989 году состоялся 1-й съезд Союза фотохудожников Казахстана. Все же в сохранившейся иерархии фотография до сих пор рассматривается как подсобный материал, а союзы профессионалов продолжают жить параллельной и обособленной жизнью.
Тем не менее, есть нечто, объединяющее все творческие кланы, – неприятие современного искусства, которое весьма эффективно вторглось, как они считают, в их зоны влияния.
Новый тип художественной деятельности появился в начале 90-х, вместе с независимостью и объявленным курсом на демократизацию страны, сменив техники, содержание и философию искусства, микшируя идеи, технологии и эстетики.
Преодолевая географическую, историческую и информационную изоляцию, новое искусство проявилось буквально физически – перформанс был необыкновенно популярен в середине 90-х годов. Но в новом тысячелетии лидирующие позиции заняли видео и фотография: открытие в стране офисов Британского совета, Немецкого культурного центра имени Гёте, Фонда Сороса, Центра современного искусства Сороса в Алматы дало возможность изучения истории искусства XX века, а также проведения семинаров и тренингов приглашенными специалистами из Европы и США.
Используя архивную фотографию (З.Султанбаева и А.Акмуллаев, С.Сулейменова), работая с постановочной фотографией (С.Атабеков, О.Шаталова, Р. Шепетя) или в программе Photoshop (Е.Мельдибеков, М.Зенгер), занимаясь «живой» съемкой (А.Угай, В.Калиев А.Шиндин), художники пытаются создать адекватный образ Казахстана – страны, которой раньше не было. Поскольку государство взяло на себя ответственность работать на репрезентативном уровне – роскошные фотоальбомы с красотами природы, перечнями достижений и портретами президента издаются даже чаще, чем в советское время, – художники концентрируются на анализе ситуации, интерпретируя ее с позиций современного постмодернистского взгляда.
Ирония, сарказм, и — часто – искренняя тревога сопровождают их комментарии по поводу эволюции государства к авторитаризму, что и является причиной непопулярности современного искусства в Казахстане.
С другой стороны, при обостренном политическом интересе государства к истории, коллекция де Лазари, например, также неизвестна в Казахстане. В стране нет музея фотографии, работы узников Карлага хранятся в запасниках, история искусства XX века преподается выборочно, а фотографии не учат нигде.
Очередная ситуация парадокса – как оборотная сторона эльгиновских мраморов, следствие небрежения собственной культурой, боязни другого мнения и тенденциозного беспамятства.
Валерия Ибраева (Алматы)
