i-Яблоко вместо Apple
Русский язык утрачивает полулярность в Центральной Азии, в обиходе все чаще используются национальные языки. Четыре молодых человека из Таджикистана, Казахстана и Узбекистана рассказали To4ке-Treff о своем отношении к родному языку.
Равшан Ëрматов, 19 лет, Душанбе, Таджикистан
После распада Советского Союза Таджикистан постепенно обрел все: независимость, границы, флаг и свой язык. Хотя сам язык существует уже достаточно долго. Раньше таджикский алфавит базировался на арабской вязи, в советские времена его перевели на кириллицу.
В нашем языке отсутствуют многие современные слова, например, в медицине, политике, технике. Поэтому нам приходится создавать новые слова. Но иногда мы через чур уж усердствуем в этом… Так к примеру, во всем мире компьютерный бренд Apple так и остается Apple, и только у нас его название переводят: Айсеб (рус. i-Яблоко).
Между тем в таджикском появилось много современных слов, но в разговорной речи, особенно в городах, их редко используют. За рубеж мы летаем на самолете – то есть так и именуем его по-русски «самолет», а не по-таджикски «тайера». Остановку мы тоже называем по-русски «остановка» и редко по-таджикски «истгох».
Дома с родителями я в основном говорю на узбекском, т.к. у нас узбекские корни. Вот такая получается языковая смесь: Mir macht das Spaß / Я очень рад / Ман хеле хурсанд хастам / Мен жудахам хурсандман!
Илья Соколов, 22 года, Астана, Казахстан
Мой родной язык – русский. Казахский я изучал в школе и в университете, но мне он не нравится. Я не уверен, что учился бы здесь, если бы в вузе преподавали только на казахском. Если вдруг у меня возникнут здесь проблемы из-за языка, то я скорее всего перееду в другую страну. Но тогда, конечно, непонятно, что мне называть своей родиной…
Мой отец работал в Министерстве внутренних дел. Для работы в основном он использовал русский, но должен был выучить казахский, т.к. планировалось, что все документы будут оформляться на казахском. Вместе со своими коллегами он посещал на работе бесплатные языковые курсы.
На мой взгляд, казахский язык мог бы стать языком международного общения, как минимум для государств Центральной Азии. Однако для этого ему нужно стать значимым в самом Казахстане. При этом не должно возникать такой ситуации, когда люди, не говорящие по-казахски, будут вынуждены покинуть страну. Иначе Казахстан лишится квалифицированной рабочей силы. Я не знаю, как решить проблему с государственным языком. Но я думаю, что каждый житель страны должен иметь как минимум базовые знания казахского.
Маруф Эшпулотов, 18 лет, Самарканд, Узбекистан
Мне очень нравятся две очень популярные сейчас певицы: Согдиана и Шахзода. Они поют на узбекском, но на самом деле знают только русский. Так, на концертах к своим фанатам они обращаются по-русски. На мой взгляд, это не очень хорошо, т.к. большинство их поклонников плохо знают русский, среди них и я. Мой родной язык – узбекский. Русский для меня – иностранный язык, как немецкий или английский. Я, например, говорю лучше по-немецки, чем по-русски, в отличие от моих родителей, которые свободно владеют русским языком.
Я очень рад, что с рождения учу узбекский и могу писать латиницей. Так, для изучения нового языка, например, немецкого, мне не нужно изучать новые буквы. Постепенно мои родители научились хорошо читать, используя латинский алфавит. Но, к сожалению, в Узбекистане, есть люди, которым это дается тяжело. Особенно пожилым, выросшим при Советском Союзе. Но молодые узбеки, как я, гордятся своим языком и алфавитом.
Тимур Бандишоев, 32 года, Душанбе, Таджикистан
День за днем русский язык вытесняется в Таджикистане на вторые позиции. Так и должно быть, т.к. независимая страна должна иметь собственный государственный язык. Но для меня не все так просто: я не говорю по-таджикски, т.к. я учился еще на русском языке во времена Советского Союза. Когда страна обрела независимость, я был уже достаточно взрослым – т.е. таджикский полноценно я никогда не учил. Поначалу это не было проблемой. Русского было вполне достаточно. Но вот уже несколько лет у меня настоящие сложности. К примеру, у меня было собеседование на радиостанции, которая искала репортера. Меня не взяли, т.к. я не говорю по-таджикски. Мне отказали и в другом месте на телевидении, т.к. в моей биографии отсутствуют сведения о знаниях таджикского. К счастью, моя жена очень хорошо говорит по-таджикски – она помогает мне переводить документы.
Перевод: Марина Беляева
Copyright: To4ka-Treff
Январь 2012







