Погранзона


Границы дозволенного

«Если бы двери восприятия были чисты, всё предстало бы человеку таким, как оно есть — бесконечным». Так обычно цитируют высказывание английского поэта Уильяма Блейка, однако не все интересуются его продолжением: «Ибо человек запер себя сам и видит всё через узкие расщелины своей пещеры».

Жизнь изначально обозначает себя границами — нежные мембраны пролегают между только что обретшими признаки жизни белковыми телами, формируются клетки, организмы усложняют структуру. Манифестация жизни сложного существа начинается с деления оплодотворённой яйцеклетки, что в нашем контексте выглядит как бразильский карнавал разграничений — фейерверк из образующихся границ, разлетающихся из исходной точки, множащихся в геометрической прогрессии и образующих новую сложную систему.

То есть границы — это важная, определяющая часть биологического и надбиологического существования, внутренней и внешней структуры организма, социума, отдельных его компонентов. И порой сложно определить, где они пролегают или где должны пролегать.

С необходимостью решения одной такой сложной задачи я недавно столкнулась в редакторской работе. В издательство поступил текст уже в достаточной мере проявившего себя автора Руслана Байсаева. Очень талантливо написанный, с вниманием к деталям и демонстрацией основательных знаний подробностей постсоветской действительности.

В романе удивительно живо раскрывается тема детского одиночества и психосадистского издевательства матери над ребенком. Если говорить бесстрастным медицинским языком, то описано всё точно, достоверно и объективно. Доминантная, подавляющая детскую чувственность мать, психополовые проблемы дочери и дальнейшее постепенное мучительное и неминуемое наслоение последствий — всё показано очень живо и при этом в полном соответствии с научными концепциями. Но дело в том, что ключевые сцены, на которых держится роман, фактически попадают под категорию детской порнографии. И тут возникает вопрос: оправдывают ли подобные вещи какие бы то ни было творческие задачи? Вопрос этот обсуждается ещё со времен «Лолиты», но всё же.

Где тот маркер гениальности или таланта, который позволяет какому-то определённому писателю касаться таких тем? И правильно ли, морально ли, даже признавая права автора на самовыражение и исследование глубин человеческой психики и сексуальности, публиковать подобные произведения? Возможно, здесь играет роль и уровень подготовки читателя — может случиться так, что вместо осмысления сложных психологических проблем примитивный читатель будет покупать эту книгу именно как детское порно. Возможно, стоит слукавить и вырезать подобные моменты. Впрочем, это мало что даёт, поскольку сцены являются ключевыми. И даже если вместо них будут зиять пробелы, читатель всё равно поймет, о чём речь, но выглядеть это будет весьма нелепо, как если бы мы заклеили скотчем картину «Происхождение мира» Курбе. Кстати, именно такими кажутся иногда некоторые литературные триллеры, жертвами в которых выступают дети и в которых читателя подробно и детально подводят к сценам преступления. Их вполне можно рассматривать как завуалированную детскую порнографию, прикрытую благим предлогом проведения расследования. Опять же, многое зависит от того, кто конкретно возьмёт эту книгу в руки (или, если посмотреть под другим углом, в чьи потные ладошки она попадёт). Недавно подобная дискуссия происходила вокруг запущенного в соцсетях флешмоба «Я не боюсь сказать», касающегося пережитого сексуального насилия. Нужны ли все эти мегатонны подробностей? Да, с одной стороны, у жертвы есть возможность высказаться и облегчить душу, с другой стороны, это просто райская среда для любителей таких изощрённых деталей. Сборники по результатам этой акции тоже уже выходят. Границы дозволенного, устанавливаемые обществом, расплываются и мутируют.

По моему мнению, здесь главное – не упустить момент, когда нормальное «клеточное деление» в социуме не начнёт превращаться в патологическое и мы не обнаружим перед собой, внутри себя, вокруг нас разросшуюся раковую опухоль. И тут есть обоюдоострая опасность – с одной стороны, условно «легализовать» в кино и литературе патологию и насилие над личностью, с другой — быть засосанными в непроходимое болото мещанской пошлости и культа «неразглашения», которое, собственно, и даёт всем этим патологиям цвести буйным цветом.
© Елена Мордовина

Елена Мордовина


Прозаик, переводчик, редактор издательства «Каяла».

Links

Издательство "Каяла"

Другие темы





    Актуальные темы

    Дайте два

    Бери и будь счастлив

    Двигатель

    Свободная касса!

    Бумага

    Универсальная мера счастья

    ПОГРАНЗОНА

    Зыбкое равновесие пограничных состояний

    РАС-СТОЯНИЕ

    Границы светотеней через точку фокусировки

    СЕРОТОНИН

    Сон разума
    рождает чудовищ

    ПРО СМОТРЕТЬ

    Про кино: что смотреть и как видеть