Пьесы

Wörter und Körper («Слова и тела»)

Действие пьесы происходит на привокзальной площади. Люди куда-то идут и едут, их жизненные истории пересекаются. Одна женщина хочет внести ясность в свою жизнь и положить конец любовной связи с любимым, но женатым мужчиной. Одному бродяге кажется, что его преследуют спецслужбы.
Одна мать с ребенком бросила своего мужа, занимавшегося рукоприкладством, и теперь не знает, что ей делать. Все герои – это своего рода люди-маятники, качающиеся туда-сюда. Они колеблются между любопытством и враждебностью, между симпатией и разговором с самим собой. Царит атмосфера прихода и ухода. «Слова и тела» – это пьеса о расставании и движении к новой жизни. Она рассказывает о безвременье и о моментах принятия решений. О людях, находящихся в кризисе и на пути к чему-то другому. В коротких сценках звучит мелодия жизни одного города. Никто не замечает, как одна женщина выступает с прощальной речью, желая уйти из этого мира. И тогда на сцену выходит время и на какое-то момент замирает. «Слова и тела» – это пьеса, ставящая вопрос о взаимосвязи и о возможностях совместного существования. На что мы надеемся, когда вступаем в разговор? Ваш собеседник – это угроза или, может быть, избавитель? И не в последнюю очередь: как можно сказать «да» хаосу и чрезмерным требованиям?
(Мартин Хекманс)

Мнения о пьесе

«Слова и тела: это – существенные составные театра. Причем всегда интересно становится тогда, когда когда между словами и телами возникают несуразности. Пьеса Мартина Хекманса «Слова и тела» – это серия подобных небольших неординарных ситуаций. (…) Автору суверенно удается сохранить баланс между поэтической глубиной и легкой иронией, диалоги стремительны, комичность ситуаций на высоте.
«Слова и тела» – это драма жизненного этапа, которая не только по форме напоминает классическое произведение Бото Штрауса семидесятых годов «Большой и маленький». Хекманс также рисует панораму общества, в центре которой находится несколько странная женщина. Это 38-летняя Лина Зоммер, которая по какой-то причине несколько выбита из колеи».
(Вольфганг Краличек, Мюльхаймский театральный фестиваль 2007 г.)

«Лина, молодая женщина, не имеющая ни друзей, ни целей, ни близких родственников, шагает по повседневной жизни и вносит в нее беспокойство. Это – рассеянная святая, каких мы знаем по Бото Штраусу («Большой и маленький») или по одному из фильмов Кристофа Кисловски. Она нарушает покой людей и заставляет их пробудиться, она взрывает супружеские узы и оживляет их. Она – подстрекательница взаимосвязей. Те, кого она покидает, чувствуют вдруг, что им чего-то не хватает. Совершенно незнакомые друг с другом люди вступают в союзы, длящиеся мгновения, но более глубокие взаимосвязи отсутствуют».
(Петер Кюммель, «Цайт», 15.02.2007)

Информация:

Премьера 10.02.2007, «Шаушпиль Штаатстеатер Штутгарт»
Режиссер Хаско Вебер
В спектакле заняты 4 актрисы, 7 актеров
Права Издательство Suhrkamp Verlag
Lindenstr. 29-35
60325 Frankfurt/Main
Postfach 101945
60019 Frankfurt/Main
Tel:+49 69 75601701
Fax:+49 69 75601711
theater@suhrkamp.de
Переводы Театральная библиотека

 

"Kränk" «Быльной»

„Отец и его бунтующий сын. Мать и ее своенравная дочь. Каждое из поколений мало что может сказать другому. Они упражняются в различных языковых играх. Родители знают друг друга по работе и думают, что между их детьми завязалась любовная интрижка. Дети думают, что это любовь. Она должна быть безусловной, большой и симбиозной, в другом, лучшем мире. Путь туда лежит через новый язык, который они стремятся изобрести.“
(Издательство Suhrkamp Theater und Medien)

Мнения о пьесе:

„Отец, мать, ребенок (сын); плюс еще одна мама и ее дочь (…). Итак, пьеса на семейную тематику, каковых много. Семья - ядро жизни и театра. (…) Теперь имеется и основополагающий образец постмодернового гротеска. Как вербальный акт героев, чья история, психика, даже действия ориентированы на языковую интерактивность носителей функций, сведены к ней. Против отца и его засилья восстает сын, этот паренек, который называет себя не Кристофом , а Эрнком, и изменения звуков превращает в инструмент конфликта между поколениями. «Быльной» говорит он вместо «больной», «по-дрыгому» вместо «по-другому». (…)
Мартин Хекманс (…) сублимировал до структурно-языковой модели старую, древнюю тему (…), скачок в развитии автора (…), который год тому назад приехал в Мюльхайм с текстовым коллажем на тему самоотчуждения человека в эпоху глобализации («Стреляй же, универмаг!»). Теперь анализ позволяет проникнуть глубже: в бездну языкотворческого толкования мира и особенно – терпящего крах – изменения мира.
Ведь то, что выглядит столь лапидарно, неумно и несущественно и в чем просматривается к тому же бульварный театр, – это ни много, ни мало борьба сыновей против отцов, а также борьба полов и юности против старости, против традиционного (…) и вообще борьба перемен против всего устоявшегося, которое в целом – в большом и малом – называют историей (…). Изысканность этого текста просто экстраординарна.“
(Дитмар Н. Шмидт, программа Мюльхаймского театрального фестиваля 2004 г.)

„(…) Новая пьеса Хекманса (…) – это тщательно сработанный диалоговый корабль, который в первую очередь создает впечатление, будто он плывет по тихим водам нынешних душевных состояний. Однако краткость Хекманса – это талант, особенно в том, как он с лаконичной точностью обнажает несуразные семейные структуры. При этом Хекманс – не театральный педагог, а очень сердитый языковой гимнаст (…)“.
(Юрген Бергер, «Зюддойче цайтунг», 15.03.2004)

Информация:

Премьера 11.03.2004, «Шаушпиль», Франкфурт-на-Майне
Режиссер Симоне Блатнер
В спектакле заняты 2 актрисы, 2 актера
Права Издательство Suhrkamp Verlag
Lindenstr. 29-35
60325 Frankfurt/Main
Postfach 101945 60019 Frankfurt/Main
Tel: 069-75601701
Fax: 069-75601711
theater@suhrkamp.de
Переводы Театральная библиотека


"Стреляй же, универмаг!"

Почти каждый говорит об этом. И все слышат об этом. Абстрактно она присутствует на телевизионных каналах, в печатных средствах массовой информации, в дискуссиях и в интернете. Ей радуются, ее критикуют, с ней борются. Для нее существует масса определений, а также мировоззрений. Но почти никто не может точно сказать, что это такое: глобализация. "Театерхаус" в Йене и "Театер ин дер Фабрик" в Дрездене заказали пьесу на эту тему молодому берлинскому автору Мартину Хекмансу, который на базе повседневного языка и, казалось бы, очевидных взаимосвязей создает тексты, открывающие пространства для того, что еще не сказано. Пространства, в которых в качестве героев выступают молчаливые, одинокие и склонные к аутизму - в плане коммуникации - люди. Сросшиеся с властной структурой, трудно поддающейся определению, они ищут свой язык и свою самобытность, которые не будут тотчас же интегрированы в коммерческий процесс переработки. Этц, Фетц, Клар, Клинг и Кнакс, пять персонажей пьесы, чьи имена на немецком языке означают одновременно определенное состояние, прыгают по жизни в поисках привязанности, в поисках настоящей жизни. (Издательство "Зуркамп Ферлаг")

Мнения о пьесе

"Ввяжись в какую-нибудь борьбу, пока у тебя еще есть тело!" - говорит молодая женщина в военных брюках и с тонкими бицепсами под тенниской. Порой она делает выпады, похожие на удары карате. В общем-то она стремится к политической борьбе. Если бы это было так просто. Раньше достаточно было поджечь универмаг, и ты уже считался политическим деятелем. Сегодня же политическими деятелями не являются даже политики. "Свобода настолько безгранична,/открытость столь открыто выливается в открытое,/что твой голос глохнет, когда ты хотел бы спросить:/есть тут еще кто-нибудь?", - говорит женщина по имени Этц. "Стреляй же, универмаг!" - так называется пьеса 28-летнего берлинского драматурга Мартина Хекманса. Но здесь не стреляет универмаг, и нет никого, кто его не поджигает. Скорее все это олицетворяет смутное стремление понять смысл жизни, который предыдущие поколения искали в политической борьбе против деформирующих их обстоятельств. (...) 5 персонажей в поисках настоящей жизни. "Чем была бы жизнь, если бы не было мировой торговли, - об этом я никогда не знала", - говорит Клинг, нежная, молодая женщина, склонная к меланхолии. Порой ей хочется спеть. Больше о ней сказать нечего. Дело в том, что герои Хекманса очерчены лишь слабыми контурами. Жизнь в условиях отчуждения превратила индивидов в шаблоны. Создала такие образы, как Фетц, который постоянно болтает, или Кнакс, радостного политического хвастуна. Даже их протест против глобализованного рынка носит шаблонный характер. (...) Кирпичики, из которых сложен текст, представляют собой языковую обойму, в которой умещаются критика идеологии, язык психики, семинар менеджеров и политический жаргон поколения "Attac" и которая напоминает порой Рене Поллеша. Однако Хекманс вписывает в диалоги должную порцию Эрнста Яндля. Его герои все еще говорят языком поэзии, который такие авторы, как Данкварт и Поллеш давно уже у себя изжили. (Эстер Слефогт, ТАЦ Берлин локаль, Nr. 6776, стр. 25)

"Стреляй же, универмаг!" - это агрессивная круговая оборона против безумия нашего времени. И бодро представленный диагноз собственного душевного состояния. Человек изолирован, его коммуникация с внешним миром нарушена или происходит лишь в рамках передвижных декораций. И герои объединяют в себе почти все симптомы, которые несет с собой современная, почти не просматриваемая тенденция во всем мире: неуверенность, сомнения, бессилие, страх, ярость, темп и перемены... (Франк Квилицш, "Тюрингише ландесцайтунг" 18.05.02)

Информация

Премьера "Штаатсшаушпиль", Дрезден/"Театер ин дер Фабрик" в сотрудничестве с "Театерхаус", Йена, 9.05.2002 г.
Режиссер Симоне Блатнер
В спектакле заняты 5 ролей, переменные декорации (в премьерной постановке 2 актера, 3 актрисы)
Права Издательство "Зуркамп Ферлаг"
Линденштр. 29-35
60325 Франкфурт-на-Майне
Почтовый ящик 101945, 60019 Франкфурт-на-Майне
Тел.: 069-75601701
Факс: 069-75601711
theater@suhrkamp.de
Переводы Театральная библиотека

    Facebook

    Visit us on Facebook