Пьесы

Весь мир (рабочий перевод – прим. пер.)
(Die ganze Welt)

«Если гости не приходят на вечеринку, то вечеринка сама приходит к гостям, хотят они того или нет. Рихард и Регина решительно этого не хотят. Раньше они любили бурно и долго праздновать, много путешествовали, часто ходили куда-нибудь развлечься; сегодня, окопавшись в своей большой и пустой квартире, они наслаждаются хорошей едой и уединенностью, одиночеством вдвоем. Но поскольку в мире свои законы и люди обречены на общение, то неожиданно перед дверью возникают соседи Дольф и Тина, с бутылками вина и кучей шницелей – так начинается «антистриндберговская пляска смерти». Терезия Вальзер и Карл-Хайнц Отт остроумно и детально наблюдают за тем, что происходит, когда классическая парочка, любящая поговорить обо всем, встречается с двумя заядлыми молчунами, вербальные эксбиционисты встречаются с теми, кто в социальном плане выступают в роли ворчунов. Антагонистические жизненные модели сталкиваются друг с другом; выглядит это и смешно, и жутко, однако энергия разногласий велика, и страстные сторонники своих моделей обмениваются ударами, которые в конце почти переходят в драку».
(Издательство Rowohlt Theaterverlag)
Мнения о пьесе:
«Самое позднее со времен Курта Тухольского и Лорио мы знаем: мужчины и женщины не сочетаются друг с другом. Команда авторов в лице Терезии Вальзер и Карла-Хайнца Отта идет еще дальше: человек и человек – ничего хорошего из этого не выйдет. Тема, разумеется, не нова. Однако в своей новой пьесе «Весь мир» они находят довольно оригинальный вариант на тематику «Кто боится Вирджинию Вулф?», включая тематику и «Влажных мест». (…)

В их пьесе о двух парах, где в лживую, мещанскую изолированность Регины и Рихарда вторгаются живые люди в лице Тины и Дольфа, которые вызывают сумятицу и открывают шлюзы для откровений, все в двояком смысле носит безумный характер. Отношения между героями, их размещение на сценическом пространстве, моно- и диалоги – их речь, состоящая из шуток, банальностей, мелкого словотворчества, двусмыслицы: все это несколько выбивается из колеи. Словно в разбитом зеркале отражаются пришедшие в негодность жизненные проекты: речь идет о жизненной лжи, которой не стоит никого лишать, ведь никто не хочет красть у кого-то его надежду на кусочек счастья. Итак, речь идет о представлениях о счастье, о замалчивании реальностей и о большом крахе, когда голую правда уже нельзя чем-то прикрыть.
(Харальд Рааб, «Нахткритик», 20.11.2010)

«Они знают друг друга слишком хорошо, поэтому особого желания узнать о друг друге больше у них нет. А остальной мир, внешний, от них очень далеко. «Раньше нас уже никуда не приглашали, потому что мы уже никуда не ходили»", – говорит Регина. «Сейчас нас снова приглашают, так как люди знают, что мы не придем», – коментирует Рихард. С помощью таких диалогов на тему отрицания внешнего мира Вальзер и Отт развивают чисто бернхардовское стремление к музыкальности саркастической игры слов. Это домашняя игровая площадка для двух раков-отшельников. Однако неожиданно на пороге стоят Тина и Дольф, эти пролетарии из квартиры снизу, с которыми им вообще-то не хочется иметь ничего общего. Более молодая пара с помощью шницелей в пластмассовой упаковке фирмы Tupperware берет на абордаж псевдоинтеллектуальное домохозяйство, в котором врач Регина ухаживает за своим мужем и страдательно-гордо смотрит на то, как он работает над большим произведением, которое называется «Весь мир» – таково и название пьесы.

Можно предчувствовать: главное еще впереди. И действительно, когда до этого доходит и вооруженная всеми видами дискурсивной словесной актробатики пара сталкивается с довольно простой по своей сути парой, то это напоминает не только семейные битвы из пьесы Эдварда Олби «Кто боится Вирджинии Вулф?». Вальзер и Отт Walser/Ott действуют наступательно, препарируя классическое произведение об ужасах семейной жизни и заставляют своих главных героев еще и тогда идти по следам героев Олби Марты и Джорджа, когда предстоит игра с выдуманным ребенком. Правда, предполагается, что у Регины и Рихарда должны были умереть сразу два фиктивных потомка, причем в расцвете молодости. А когда Рихард к тому же называет имена придуманных питомцев, то Регина в глубине души поражена. Трагедия семейной пары начинает развиваться (…)."
(Юрген Бергер, «Зюддойче цайтунг», 26.11.2010)
Информация:
Премьера: 20.11.2010, Национальный театр Мангейма
Режиссер: Буркхард Космински
В спектакле заняты: 2 актрисы, 2 актера
Права: издательство Rowohlt Theaterverlag
Переводы: Театральная библиотека

Facebook

Visit us on Facebook