Журнал

Единственный двуязычный онлайн-портал, посвященный лучшим практикам театральной, музейной и музыкальной педагогики России и Германии. Вы можете фильтровать материалы по теме или стране.

сбросить фильтр

Те, кто спасён…

©UpsalaCircus

Футбольное поле во дворе спецшколы №1 на улице Аккуратова, у железнодорожной станции Удельная. На нём организована детская площадка: качельки-карусельки, всё для малышни. Из колонок тянется густой гитарный перебор вступления к цоевской песне "Крыши домов дрожат под тяжестью дней…". Мы ещё ничего не знаем про тяжесть дней тех, кто внезапно оказывается на площадке и разносит её в щепки. Мы видим только тринадцать мальчишек в чёрном. Разных возрастов, но одинаковой степени агрессивности. С не детским стремлением ломать, а вполне осознанным, взрослым, злым желанием крушить мир, который тебя не устраивает. На футбольном поле остаются лишь уцелевшие приспособления для паркура – экстремального молодёжного развлечения, преодоления препятствий: заборов, крыш и скамеек.

По одному на этот манеж выбегают, выскакивают, выпрыгивают в сальто, выезжают на велосипеде мальчишки. Каждый – с маленькой историей. Кто-то рассказывает о себе в микрофон. За кого-то звучит запись из колонок. Один говорит о том, что мечтает уехать из Петербурга на море, второй мечтает о мотоцикле так сильно, что даже видит его во снах, третий мечтает много-много купаться… Нормальные такие, трогательные детские желания, очень хочется помочь их осуществить – это ведь не сложно, не дорого.

« А потом выходит мальчик лет десяти и сухо говорит: "У меня нет мечты. Лишь бы не пить".»

А потом выходит мальчик лет десяти и сухо говорит: "У меня нет мечты. Лишь бы не пить". И твой мир рушится. Потому что невозможно принять эти слова от ребёнка. Другой пацан вопрошает в организованный из спортивных трибун "зрительный зал": "А что, если бы людей не было вообще? ". Дальше смешной рыжик, то и дело утирая нос рукавом, жалуется, что всего-то и сделал, что украл шоколадку, а вдруг привод в милицию, дача показаний, интернат, плачущая мама… Каждая история – удар в солнечное сплетение. От каждой – искры из глаз. Или слёзы, как после монолога, звучащего с высокой стены: "Раньше были папа и мама. С папой мы ходили на рыбалку. Мой папа самый лучший рыбак на свете. Он меня многому научил. После развода всё изменилось… После развода я захотел свою семью"… Свою семью, чтобы переписать историю своей жизни, чтобы попробовать прожить жизнь так, как не получилось у родителей, чтобы быть вместе, чтобы любить своих детей. Но получилось всё по той же самой схеме: "хулиганка" – привод – интернат.

"Специальная общеобразовательная школа №1 (закрытого типа) для детей и подростков с девиантным поведением". Сухая формулировка, за которой стоят десятки биографий. Эти дети проводят здесь большую часть своей пока ещё очень короткой жизни. Прохожие сторонятся высокого забора на Аккуратова, "хороших" детей проводят мимо быстро, едва не закрывая им глаза… Детей из спецшколы не хотят включать в общество. Их выталкивают из "нормального" мира, не разбираясь, отчего они выпали из него. Спектакль "Точка" – это премьера, о которой мало кто напишет. Глянцевая действительность требует красивых историй. Милосердие сегодня – не тренд сезона. Тем не менее, есть те, кому важнее быть, а не казаться. Речь об "Упсала-Цирке", который стал инициатором этого совместного с первой спецшколой проекта. Проекта, который громко сказал: "Нет плохих детей". Детей надо любить, хвалить, слушать и, главное, давать им шанс. Шанс продолжать идти, а не валяться под забором, нюхая клей. На языке педагогики это называется социальная адаптация.

« Мальчикам предложили развлечение, которое и освобождает от мрачных мыслей, и занимает их время с пользой, и главное – развивает качества, необходимые для существования в обществе: работа в команде, внимание друг к другу, чувство локтя.»

Режиссёр спектакля Лариса Афанасьева, преподаватели и старшие участники "Упсала-цирка", сами прошедшие непростой путь, отнеслись к мальчишкам не как к отморозкам, никчёмным гопникам, а как к тем, кто умеет идти поперёк. Ценное ведь качество – возражать обществу. Для этого нужны и смелость, и дерзость. У толпы этих качеств обычно нет. Но сокрушительную энергию всегда можно направить в иное русло: не ломать детские площадки, воровать и избивать людей, – а выкладываться до изнеможения на покорении паркурных препятствий, тренировке сальто-мортале, жонглировании и прочих экстремальных вариантах времяпрепровождения. Мальчикам предложили развлечение, которое и освобождает от мрачных мыслей, и занимает их время с пользой, и главное – развивает качества, необходимые для существования в обществе: работа в команде, внимание друг к другу, чувство локтя. Понимание, что, если не подашь руку младшему, он сорвётся с отвесной стенки в прямом смысле слова. И это будет только на твоей совести.

"Точка " – название, которое проекту дали сами парни. Их сленговое "встретимся на точке" стало именем нарицательным. Возможно, этот спектакль поставил точку в озвученных ими историях, которыми они живут, и которые ведут их по кривой дороге уже не один год. Главное, чтобы было ради чего идти вперёд. Ведь как пел тот же Виктор Робертович:

"Те, кому нечего ждать, отправляются в путь.
А те, кто спасён, те, кто спасён…"

Те, кто спасён, в финале спектакля отправились в путь на импровизированной машине, собранной из старых велосипедов, труб, колёс, педалей и рулей. Под развивающимися на "ветру перемен" полиэтиленовыми знамёнами, окрашенными цветным тальком. Возможно, это не точка, но многоточие, – его ставят, когда зарождается мысль, которую нужно обдумать.

Текст: Катерина Павлюченко



Комментарии создателей спектакля

Лариса Афанасьева – режиссер спектакля "Точка", директор и художественный руководитель "Упсала-Цирка"

Работу с парнями начали с того, что приехали всем "Упсала-Цирком" в спецшколу, и старшая группа выступила перед ребятами – показала, к чему можно стремиться. Это их настолько вдохновило, что они сами вышли на сцену и стали показывать свои фишки. После этого мы несколько раз встречались с ними, обсуждали, какие вещи их интересуют, про что они хотели бы рассказать, придумывали название и концепцию будущего спектакля. И только потом начали тренироваться и работать по-настоящему.

«Работу с парнями начали с того, что приехали всем "Упсала-Цирком" в спецшколу…»

Как ни странно, контакт получился достаточно лёгким – у большинства есть потребность высказаться, рассказать о себе. Но было несколько ребят, которые отказались – и так до конца практически ничего о себе не выдали. Поскольку мы изначально решили, что это будет история, основанная на добровольном желании и доверии, то мы это приняли, ведь только их выбор – открыться или нет. Мы расшифровали все записанные аудиоматериалы и дали ребятам, чтобы они прочитали и ещё раз подумали, что можно использовать в спектакле, а что нет.

В начале спектакля звучит песня Цоя. Как ни странно, но Виктор Цой действительно жив, и это поколение тоже в курсе, кто это такой. Вся музыка, использованная в спектакле, оказалась там с подачи самих ребят – они в закрытой группе ВКонтакте очень активно общались с нами и предлагали свои варианты саундтрека.

«Мы не раскрываем подробностей биографий пацанов. В первую очередь, нас интересовал творческий процесс и создание спектакля…»

Мы не раскрываем подробностей биографий пацанов. В первую очередь, нас интересовал творческий процесс и создание спектакля, и мы использовали только те факты, которые работают на художественное содержание. Даже если мы и касались каких-то конкретных поступков, то это было не целью, а следствием. То, что ребята хотели рассказать, они рассказали с помощью спектакля.

Наташа Боренко – драматург спектакля "Точка", Театральный проект "Вместе".

Обычно мы в проекты набираем подростков по их собственному желанию – они сами подают заявки, плюс ещё проходят отбор и к началу занятий очень хотят здесь находиться, понимая, к кому пришли и что будут здесь делать – всё это обеспечивает сразу хороший уровень мотивации. В спецшколе у ребят, конечно, тоже был выбор, мы никого не заставляли, мы рассказали о проекте и позвали всех желающих, никаких отборочных занятий и собеседований мы не делали – нам нужно было обеспечить им максимально лёгкий бесстрессовый вход. Кстати, у нас с Машей (Мария Колосова, драматург проекта. – Ред.) вход был тоже вполне себе бесстрессовый, потому что Лариса Афанасьева и тренеры по паркуру Алексей Беляев и Георгий Зозуля уже с парнями два года как занимались, почти всех ребят знали и выработали свой способ общения – и мы сначала всегда приходили к пацанам с кем-то из них (как бы одалживая доверие, которое уже было к педагогам).

«...формулировки про "мы сейчас с вами поиграем вот в эту игру, а потом через три месяца ты благодаря этому классно выступишь перед зрителем" – вот это не очень работает. »

Так вот, про мотивацию. Это сложно. Например, формулировки про "мы сейчас с вами поиграем вот в эту игру, а потом через три месяца ты благодаря этому классно выступишь перед зрителем" – вот это не очень работает. Слишком далёкий и сложно визуализируемый результат. А, например, в паркуре результат сразу видно: пять минут назад ты не умел делать этот прыжок, а теперь умеешь, а ещё мышцы устали и пресс подкачался. Понятно, что в театре такой наглядности и быстродейственности гораздо меньше. Поэтому у парней закономерно возникает тревожность: "Зачем я вот сейчас 'хаотично хожу по залу'? почему я должен это делать? что за идиотское задание? а не выгляжу ли я как дурак?" Нужно подхватывать эти моменты, увлекать, быстро менять ситуацию. А когда на занятие приходит то восемь человек, то трое, то другие трое, и при этом некоторые идут просто чтобы выйти из корпуса и сменить обстановку, а кому-то весело испытать тебя – молодого педагога – на прочность, то тут задача ещё больше усложняется.

«…остаёмся наедине с человеком, говорим не спеша, долго, внимательно, без оценок, не настаивая на ответах, входим только в те зоны, куда пускает сам человек.»

В общем, мы решили зайти с другой стороны. Мы начали "собирать материал", то есть встречаться с парнями по одному и брать у них интервью, сделав этот процесс максимально комфортным: остаёмся наедине с человеком, говорим не спеша, долго, внимательно, без оценок, не настаивая на ответах, входим только в те зоны, куда пускает сам человек. Потом с каждым отдельно мы обсуждали, готов ли он рассказать вот эту историю на сцене, хочет ли. И с каждым отдельно наедине репетировали. И это, в общем, сработало.

…А ещё оказалось, что тренировки групповых цирковых трюков (например, сцена с шинами) и акробатических сцен (например, когда кто-то летит в руки к другому) отлично справляются с задачами "командообразования", "развития доверия", "развития внимания" и прочих очень важных штук.

Текст: Катерина Павлюченко

Copyright: Goethe-Institut St.Petersburg
Июнь 2016
Если у Вас есть вопросы по этой статье, напишите нам!
siehe Kontakt/see contact



закрыть

распечатать




©UpsalaCircusa Точка
Foto: ©UpsalaCircus















©UpsalaCircusa Точка
Foto: ©UpsalaCircus















©UpsalaCircusa Точка
Foto: ©UpsalaCircus











Larisa Afanasjewa. Foto: privat
Афанасьева Лариса Васильевна – художественный руководитель и директор "Упсала-Цирка". Окончила Восточно-Сибирскую государственную академию культуры и искусств по специальности "режиссёр театра". С 2000 г. по настоящее время является художественным руководителем, а также председателем правления Автономной некоммерческой организации социально-культурных услуг "Упсала-Цирк". Работала также педагогом дополнительного образования в коррекционной школе № 25.








Natascha Borenko. Foto: Michail Patlasow Боренко Наташа – драматург. Окончила магистратуру Санкт-Петербургской академии театрального искусства (2013, курс Н.С. Скороход), выпускник Школы Театрального Лидера при Центре им. Вс. Мейерхольда (2014, Москва). Начиная с 2014 г. драматург и педагог в "Школе документального театра" для подростков (Театральный проект "Вместе").






©UpsalaCircusa Точка
Foto: ©UpsalaCircus