Журнал

Единственный двуязычный онлайн-портал, посвященный лучшим практикам театральной, музейной и музыкальной педагогики России и Германии. Вы можете фильтровать материалы по теме или стране.

сбросить фильтр

АЛЕКСАНДР ДЕМАХИН: "Театр и школу я пытался соединить всегда"


Фото: Стас Левшин

Ника Пархомовская поговорила с педагогом, театральным режиссёром, руководителем Педагогической лаборатории БДТ им. Г.А. Товстоногова и абсолютным победителем конкурса "Учитель года - 2012" Александром Демахиным о связи искусства и образования, пользе конкурсов, возможности больших дел в малых городах, а также планах Педагогической лаборатории на новый сезон.

– Расскажите, пожалуйста, как вы стали «Учителем года» и как пришли в театральную педагогику?
– Я работал в той самой в гимназии в Сергиевом Посаде, которую когда-то окончил. Фактически как я пришёл туда в 1997 году, так до сих пор там и остаюсь. Я всегда говорил, что выбрал не столько профессию, сколько место. У меня нет педагогического образования, и остаться в школе для меня значило остаться в том месте, которое было для меня дорого и значимо. Сначала я вёл разные художественные кружки, а потом МХК (мировую художественную культуру), про которую я тогда ничего не знал толком, ни про Рембрандта, ни про Микеланджело. Так что я очень благодарен нашему директору за то, что он вообще мне это предложил.

Что касается конкурса, то к конкурсам я относился крайне несерьёзно, меня вполне устраивала моя работа. Но тут пришла комиссия и сказала, что меня аттестуют только если я схожу на районный конкурс "Учитель года". Комиссии, конечно, невозможно перечить, я решил, что один раз поучаствую, а потом всё сойдёт на нет. Так что я участвовал в конкурсе «Учитель года» без каких бы то ни было амбиций и вообще мало что о нём знал. Я понимал, что подстраиваться ни под какие нормативы не буду, но мне казалось важным выложиться на 200 процентов и посмотреть, что из этого получится. И, кстати, сейчас я отношусь к нему иначе, чем тогда (в принципе, я с ним косвенно связан до сих пор: участвую в работе жюри, помогаю с организацией), потому что именно конкурс помог мне разобраться в том, что я делаю. Мне пришлось задать себе вопросы, почему я делаю так, а не иначе, и как-то об этом рассказать, так что мне самому многое стало яснее. Кроме того, этот конкурс – не столько соревнование, сколько сообщество, причем горизонтальное, что очень важно для образования, которое ещё более вертикальное, чем театр. На конкурсе я узнал очень много людей – до этого просто сидел в своей гимназии и мне этого хватало, а тут открылись связи, знакомства, возможность для диалога, который, конечно, важнее всех этих пеликанов хрустальных. Так что теперь я этот конкурс очень ценю.

А вот если говорить про театр, то, надеюсь, в нём я тоже оказался неслучайно. Ещё в школе им увлекался, писал какие-то инсценировки, ездил в Москву смотреть спектакли. И потом первое мое образование – это Литинститут, куда я поступил в 17 лет, сразу после школы, и учился драматургии у Инны Люциановны Вишневской.

– А в драматургических конкурсах участвовали?
– Да, когда мне было 18 лет, я поделил первую премию "Действующих лиц" с Еленой Исаевой. Получилось как с "Учителем года" – практически случайно послал на конкурс пьесу, и она выиграла, потом её даже ставили в театрах. В ГИТИС я, правда, тогда не поступил, меня туда три раза не брали, причём в третий, к Хейфецу, я почти поступил, но в итоге сам не поехал сдавать экзамены, потому что понял, что действую, скорее, по инерции. После этого 5 лет я в ГИТИС не возвращался и спокойно работал в школе – учителем МХК, классным руководителем, заместителем директора, редактором школьного сайта и руководителем театральной студии. И в какой-то момент почувствовал усталость, потому что я вообще обычно устаю, если долго делаю одно и то же в одном месте. И я пошёл поступать к Женовачу, к которому единственному я не поступал до этого. Я был абсолютно уверен, что Сергей Васильевич меня не возьмёт, и просто хотел посмотреть, сколько продержусь. Поступление стало для меня настоящим шоком, я так до конца лета и не мог поверить, что это произошло. Я совершенно не готов был к тому, чтобы радикально всё поменять, но Женовач не возражал против того, чтобы я, учась на очном дневном, продолжал учить сам, и я регулярно вёл уроки все годы, что провел в ГИТИСе.

Так что театр и школу я пытался соединить всегда, и здесь в БДТ вдруг соединилось то, что я уже пятнадцать лет пытаюсь удержать вместе.

– А идеи остаться в "чистом" театре не было?
– В год выпуска из ГИТИСа в моём родном Сергиевом Посаде была недолгая, на несколько месяцев, либерализация с идеей привлечь молодое поколение в сферу культуры. И вместо того, чтобы ехать в театры и ставить, я включился и стал делать свои проекты. В итоге на всю эту работу ушло два года, и я опять начал задыхаться, захотел сменить обстановку, как тогда с Женовачем.

– А в плане социальной, культурной среды удалось что-то изменить в Посаде?
– Сложно сказать. С одной стороны, мы можем позволить себе пригласить с выступлением Виктора Шендеровича (1) и при этом не вводить никакой цензуры. С другой, на Сергея Гандлевского (2) собрать людей гораздо сложнее, но всё равно зрители есть, потому что они привыкли доверять моему выбору и вкусу. Но тот момент пару лет назад, когда мы все согласились сотрудничать с властями и осуществлять культурную политику, прошёл. Были и подметные письма, и жалобы, и доносы, и всё то, что сейчас мы видим уже в масштабах страны. Было страшно, неприятно, я даже задавался вопросом, что я не так делаю, но ответа не находил. И теперь я, конечно, не поверю, если мне предложат что-то снова для города сделать, потому что власти районные смотрят на областных, а областные… понятно куда.

– Получается, возможна только частная инициатива?
– Похоже на то. В том же Посаде постоянно появляются частные детские сады, частные школы. Их организуют люди, которые хотят учиться сами и давать действительно достойное образование своим детям, но при этом понимают, что в государственных структурах это не всегда возможно. Власти относятся к ним в лучшем случае презрительно вместо того, чтобы понять, что роль государства как раз в том и заключается, чтобы их увидеть, поддержать, связать с теми, у кого есть необходимые ресурсы и знания… Вместо этого, родителям, решившим создать собственные школы, чинят всякие препятствия.

«…если мы хотим каких-то изменений, нужно делать действительно крутые вещи».

– А то, что в Сергиевом Посаде находится Лавра (3), влияет на общую ситуацию?
– Сейчас так получается, что город недостоин Лавры, она самое мощное, что у нас есть. И если раньше велись разговоры о строительстве университета или создании центра всех религий, то теперь, конечно, об этом нет и речи. Снисходительное отношение Лавры к городу абсолютно обосновано, и, если мы хотим каких-то изменений, нужно делать действительно крутые вещи, причём в области гуманитарной. А не такие, как нынешняя перестройка центра в пешеходную зону, когда строятся дорожки, а ходить по ним некуда.

– Отъезд из Сергиева Посада и приход в БДТ – это бегство или, наоборот, возвращение к себе, попытка через этот опыт всё-таки построить что-то в родном городе?
– Конечно, многие вещи гораздо сложнее делать в маленьком городе, особенно в том, где ты родился и вырос, где ты считаешься "своим", местным. Как справедливо говорит Иван Вырыпаев (4), нужно сначала что-то сделать в столице, а уже потом возвращаться на родину героем.

«Теперь все участники Лаборатории получают не сертификаты, а настоящие свидетельства о повышении квалификации…».

– Расскажите, какое наследие Борис Павлович (5) оставил вам в Педагогической лаборатории БДТ? И что вам удалось сделать за тот год, что вы ею руководите?
– Самое главное достижение, пожалуй, что теперь все участники Лаборатории получают не сертификаты, а настоящие свидетельства о повышении квалификации, что очень важно, учитывая нынешнюю систему аттестации. Но, конечно, без содержания это всё не имело бы значения. Содержательно мы продолжаем ту линию, которую разрабатывал Павлович, но в этом году многое меняется. Например, мы будем говорить не столько об уроке и построении урока, а о том, как делать с детьми школьный театр в разных техниках. Будем показывать и документальное направление, и другие современные форматы, которые востребованы учителями. Фактически это их собственный запрос, и мы решили, что будет здорово организовать в БДТ такую мини-школу театрального лидера, где можно разрабатывать проекты, заниматься конкретными вещами, полностью абстрагируясь от повседневной жизни/работы. Могу сказать откровенно, в прошлом сезоне мы недостаточно "вырывали" учителей из их обычной жизни, потому что, когда они приходят всего на два часа в неделю, этого мало. Возможно, для полного погружения нужно организовывать занятия чаще, но делать курсы менее протяженными в течение года, или нужно, чтоб группы были меньше. Или вот я совершенно не ожидал, что на курсы запишутся по разнарядке.

– А сколько всего в прошлом сезоне было участников Лаборатории?
– Пришло пятьдесят три. Получили дипломы тридцать восемь. И та часть, которая пришла не по своей воле, а по распоряжению сверху, очень чувствовалась. В этом году мы хотим сделать собеседование  не из снобизма, а чтобы из личной беседы понять, кому Лаборатория действительно нужна, у кого есть живой интерес. Очень здорово, что у людей будет возможность получить свои сто восемь часов квалификации вместо того, чтобы заниматься у нас, а потом идти ещё куда-то получать эти необходимые часы. Организовать это было непросто, потому что в Уставе театра нет образовательной деятельности, над этим долго думали и колдовали, но в результате благодаря партнёрам всё удалось решить.

«… организовать в БДТ такую мини-школу театрального лидера, где можно разрабатывать проекты, заниматься конкретными вещами, полностью абстрагируясь от повседневной жизни/работы».

– Что касается собственно инструментария, чему вы собираетесь учить?
– Раньше у нас было всего шесть занятий по документальному театру, в этом году будет существенно больше. Будем давать форум-театр, плейбек и другие современные методы. Но хотим, чтоб помимо нашей четверки (Наташа Боренко, Ада Мухина, Борис Павлович, Александр Демахин. – Прим. ред.) занятия вели самые разные специалисты, в том числе, возможно, именитые и иностранные, занимающиеся живым, не мёртвым, театром.

– А насколько БДТ сейчас в принципе поддерживает Педагогическую лабораторию?
– Идея Могучего как раз и заключается, как я понимаю, в том, чтобы помимо спектаклей в театре было много всяких активностей, в том числе развивалась образовательная программа "Эпоха просвещения" (6). Понятно, что в федеральном театре невозможно всё моментально поменять, но я надеюсь, что эволюционным путем всё будет двигаться и дальше.

– Ну и напоследок расскажите, пожалуйста, про самые интересные проекты в рамках Педагогической лаборатории. Довольны ли вы её результатами?
– Да, в прошлом году у нас были интересные люди, которые делают отличные вещи. Но я виню себя, что из-за того, что был много чем занят, уделял им слишком мало внимания. Думаю, если бы я чаще был с ними, они бы и добились большего. Вот Даша Михайлова – чудесная, живая и искренняя, она показывала отличный урок с дошкольниками, и проект у неё классный, про детско-родительский клуб в детском саду. Вот Екатерина Новохацкая из расположенной неподалеку школы, которая предложила создать сообщество учителей из нашей лаборатории, чтоб продолжать общаться и обмениваться опытом. Или студенты-магистранты из Университета им. Герцена, у них был прямо совсем безумный в хорошем смысле проект с "примеркой на себя" речей известных людей – для меня очень любопытная и современная история. То есть люди интересные были, а вот степень поддержки, которую я им оказал, показалась мне недостаточной, тут я собой не доволен. Хочется постоянно быть с ними, не отрываясь и не отвлекаясь на другие дела, и поэтому мне бы хотелось сделать что-то вроде резиденции, хотя со школами это очень сложно организовать.

– А прежние участники Лаборатории уже не смогут к вам вернуться?
– Смогут! Мы специально в этом году меняем программу, чтобы "старичкам" тоже было интересно. Очень хочется смешать тех, кто впервые попал к нам, и тех, кто уже проучился год. А в идеале разработать такую программу, которая продолжалась бы до пяти лет, с доскональной разработкой собственного проекта, экспертными оценками и т.д. Не хочется такую лабораторию, где пришёл/отслушал/попрощался. Хочется постоянного взаимообмена, взаимодействия людей, которые учатся первый год и десятый.

Комментарии

Комментарий Александра Демахина
В 2017-2018 году Педагогическая лаборатория БДТ открыла свой очередной сезон. Педлаборатория - процесс живой, это, исходя из названия, лаборатория, то есть: процесс поиска, проб и открытий. Следовательно, она подразумевает обновление программы, исходя из того, каков запрос участников Лаборатории, какие интересные опции может предложить БДТ. В этом году, по сравнению, с прошлым, больший акцент сделан на технологиях того, как создавать с детьми театр. Этот запрос звучал в "обратной связи" участников Лаборатории прошлого года: например, их заинтересовал процесс создания документальной пьесы, но они признались, что шести занятий было очень мало для того, чтобы овладеть этой технологией. Кроме того, многие педагоги в "обратной связи" говорили о том, что не владеют знаниями о современном театре, его направлениях.

Целевая аудитория Лаборатории - педагоги-лидеры, которые заинтересованы в том, чтобы вести диалог с современным театром и работать с детьми в новых формах. В виде вступительного испытания участникам Лаборатории этого года было предложено собеседование на темы "Зачем мне, как педагогу, современный театр?" и "Моя профессиональная мечта". В результате открытого для учителей всего города собеседования были отобраны 34 человека, которые занимаются 3 сессиями во время каникул: это последняя неделя октября, вторая неделя января и последняя неделя марта. С погружением в жизнь лаборатории и жизнь театра на это время, с утра до вечера.

Осенью занятия с участниками Лаборатории уже провели ученый Татьяна Черниговская, директор школы "Класс-центр" Сергей Казарновский, режиссер и педагог Борис Павлович, драматург Юлия Тупикина. Зимой и весной их также ждут встречи с театроведом Татьяной Джуровой, драматургом Наташей Боренко, режиссерами Яной Туминой и Марией Колосовой. А завершится все, как и в прошлом году, итоговым событием на сцене БДТ, на котором слушатели Лаборатории представят результаты своей работы как драматургов, режиссеров, актеров и, разумеется, педагогов.

Комментарий Ксении Ремезовой, педагога, участницы Педагогической Лаборатории 2017-2018
Профессия учителя имеет огромный потенциал, если учить не по шаблону. Думаю, что Педагогическая лаборатория БДТ придумана именно для таких людей, готовых, как профессор Джон Китинг, взобраться на стол и научиться смотреть на свой предмет с разных точек зрения и заразить учеников той же страстью.

Я преподаю искусство ХХ века, разговор о котором всегда про то, как смотреть и видеть вместе с детьми и подростками разные грани художественных произведений. В моей гуманитарной области есть свои механизмы запуска этих процессов, но после первой сессии Педагогической лаборатории я пришла к мысли, что театральная педагогика выводит на новый уровень понимание важных для образования и современной школы тем: эмпатии и сопричастности уроку как событию, осознанности и ответственности. Здесь важную роль сыграли занятия Александра Демахина и Бориса Павловича, направленные на поиск путей взаимодействия внутри группы. Взаимодействия, понимаемого не как механический процесс передачи какой бы то ни было информации, а как выстраивание связи "человек-человеку". Вдохновляющим опытом стали две встречи с Сергеем Зиновьевичем Казарновским, который проговорил очень ценные для меня тезисы об эмоции как факторе живого обучения; об относительной недетерминированности категорий в художественном образовании, которая помогает нам быть чуткими и воспитывать тонкость восприятия разных видов искусств у самих себя и учеников. В целом формат лаборатории вместо готовой методички предлагает учителям через проживание тех или иных упражнений и знакомства с опытом преподавателей всего курса сформулировать личное намерение в профессии и искать ориентиры для следования ему. Уверена, что две последующие сессии создадут для этого не меньшую мотивацию.


Текст: Ника Пархомовская
Copyright: Goethe-Institut Russland
Ноябрь 2017
Если у Вас есть вопросы по этой статье, напишите нам!
siehe Kontakt/see contact



закрыть

распечатать









Александр Демахиным
Foto: Stas Levshin


















Foto: Stas Levshin











(1) Российский писатель-сатирик, сценарист, телеведущий. Персональный сайт

(2) Русский поэт, прозаик, эссеист. Персональный сайт

















(3) Свято-Троицкая Сергиева лавра










(4) Современный российский драматург









(5) Интервью с Борисом Павловичем о театральной педагогике в журнале Куби















Foto: Stas Levshin



















(6) Ссылка на проект "Эпоха просвещения"





Об авторе:
Ника Пархомовская - театральный критик и продюсер, выпускница Российского государственного института сценических искусств и "Школы Театрального Лидера". Постоянный автор журнала "Театр", сотрудничает с "Петербургским Театральным журналом" и порталом "Такие дела". Помимо драматического интересуется социальным и танцевальным театром. Верит в то, что театр в частности и искусство вообще способны менять если не нашу жизнь, то хотя бы нас самих. В свободное от написания текстов время занимается организацией театральных и прочих событий, в частности продюсирует социальные проекты Бориса Павловича.