БЛОГЕРЫ БЕРЛИНАЛЕ 2018 ПРОШЛОЕ КАК НАСТОЯЩЕЕ

Паула Беер и Франц Роговски в фильме «Транзит» Кристиана Петцольда
Паула Беер и Франц Роговски в фильме «Транзит» Кристиана Петцольда | Christian Schulz © Schramm Film

В «Транзите» Кристиана Петцольда «роман изгнания» Анны Зегерс становится грозным предупреждением о том, чем может обернуться обострение проблем современности. Фильм Петцольда — фаворит конкурсной программы фестиваля.

Критики приняли «Транзит» Кристиана Петцольда хорошо, и фильм бесспорно стал одним из фаворитов конкурса. Перенести действие романа Анны Зегерс из 1942 года в современность — идея сама по себе просто блестящая. Спасаясь от немцев, герои этой истории скапливаются в Марселе. В похожей на преисподнюю «транзитной зоне» они ждут виз, чтобы уехать, встречаются и снова теряются, безуспешно пытаются отогнать воспоминания о том, что осталось в прошлом.

Все как в начале 1940-х, когда именно здесь, во французском изгнании, Зегерс удалось добыть мексиканскую визу. Не откладывая, она написала о том, через что ей тогда пришлось пройти. Но время действия фильма — несомненно наше настоящее, точнее, его преображенное видение, мрачное и угрожающее. Осовременивая сюжет, Петцольд поднимает крайне актуальные темы — бегство, изгнание, тоталитаризм. А через них просвечивает и прошлое, свободное от отвлекающей мишуры многочисленных исторических деталей.

ПО ТУ СТОРОНУ ЖИЗНИ И СМЕРТИ

В «Транзите» Петцольд все более тонко развивает свою идею кино как сновидческого, переходного пространства. Его главные герои — ищущая своего мужа Мари (Паула Беер) и надевший его личность, словно маску, Георг (Франц Роговски) — походят на привидений, бегущих от самих себя. Здесь проскальзывают мотивы Кафки, Сартра и хичкоковского «Головокружения» — уже не в первый раз в творчестве режиссера.

Однако облегчить зрителю задачу Петцольд вовсе не стремится. Его поэтические средства порой сильно отдаляют нас от героев, по крайней мере, идентификация с ними стоит большого труда. Помогает ли этому чудесный голос рассказчика, или напротив, препятствует, слишком много объясняя — стало предметом оживленной дискуссии.

На пресс-конференции после фильма режиссер объяснил, что присутствие голоса —  отсылка к французской «новой волне». Это замечание было принято с симпатией, равно как и похвалы в адрес исполнителя главной роли Франца Роговски. В восходящей звезде Берлинале режиссер разглядел «непостижимо красивую печаль Бельмондо». Прозвучало и веское слово в защиту права на убежище. По словам режиссера, это право основывается также и на опыте, подобном пережитому Анной Зегерс. И здесь Петцольд тоже безусловно прав.