Быстрый доступ:
Перейти к содержанию (Alt 1)Перейти к навигации второго уровня (Alt 3)Перейти к навигации первого уровня (Alt 2)

Столетие Баухауса
Семь фактов, которые нужно знать о Баухаусе

Group photo of Bauhaus masters in Dessau (1926): f. l. t. r: Josef Albers, Hinnerk Scheper, Georg Muche, László Moholy-Nagy, Herbert Bayer, Joost Schmidt, Walter Gropius, Marcel Breuer, Wassily Kandinsky, Paul Klee, Lyonel Feininger, Gunta Stölzl und Oskar Schlemmer.
Gruppenbild der Bauhausmeister in Dessau (1926): v. l. n. r: Josef Albers, Hinnerk Scheper, Georg Muche, László Moholy-Nagy, Herbert Bayer, Joost Schmidt, Walter Gropius, Marcel Breuer, Wassily Kandinsky, Paul Klee, Lyonel Feininger, Gunta Stölzl und Oskar Schlemmer. | Photo (detail): © picture alliance akg images

Лаконичный дизайн, простота и эффективность: как Баухаус хотел изменить мир.

Von Надин Бергхаузен

Утопическая мечта о новом человеке

С помощью искусства способствовать развитию общества — такова была, ни больше ни меньше, официально провозглашенная цель Баухауса. Отцы-основатели не мелочились: Баухаус мечтал о том, чтобы его прикладное искусство служило «новому человеку». Для этого основатель и первый директор Баухауса Вальтер Гропиус стремился свести воедино различные направления искусства и ремесла. Проектируемые объекты должны были соответствовать производственным процессам так, чтобы их можно было быстро и дешево производить. Хороший дизайн в Германии должен был снова стать доступным, так как экономика страны после Первой мировой войны лежала в руинах.

Дух Баухауса

Перед глазами встает картина идиллического сообщества людей искусства: представьте себе, что известные графический дизайнер, архитектор, модельер, диджей, художник-акционист и фотограф собрались в удаленной от шума и суеты школе искусств, где можно, опираясь на неограниченное финансирование, жить, преподавать и генерировать новые идеи для улучшения общества. Но столь гармоничный образ был далек от веймарской реальности. Творческим людям не удавалось прийти к согласию ни по одному вопросу, как констатировал художник Йозеф Альберс: «Когда Василий Кандинский говорил «да», я говорил «нет», а когда он говорил «нет», я говорил «да». Впрочем, именно такого «творческого беспорядка» Гропиус и хотел для своей школы: «цель баухауса — не стиль, не система, не догма или канон, не рецепт и не мода! он будет жить, если не будет привязываться к форме, а будет за вечно изменчивой формой искать квинтэссенцию жизни!»

От революции в дизайне до архитектурного вуза

Первая, веймарская фаза Баухауса (1919–1925) характеризовалась душевным подъемом и жаждой деятельности. Гропиус стремился ухватить идеи, построить мастерские. В Веймаре еще экспериментировали с теориями — а в Дессау (1925–1932) второй директор, Ханнес Майер, принялся сводить бюджет. На размышления об основных цветах и формах денег не было, нужно было сосредоточиться на разработке социальной архитектуры. Майер заговорил о «пролетаризации» Баухауса. В итоге в Берлине (1932–1933), под руководством Людвига Миса ван дер Роэ, изначальная идея синергии между различными искусствами была предана забвению. Баухаус стал архитектурным вузом.

Групповой портрет мастеров Баухауса в Дессау (1926): слева направо: Йозеф Альберс, Хиннерк Шепер, Георг Мухе, Ласло Мохой-Надь, Герберт Байер, Йост Шмидт, Вальтер Гропиус, Марсель Брёйер, Василий Кандинский, Пауль Клее, Лионель Фейнингер, Гунта Штёльцль и Оскар Шлеммер. Групповой портрет мастеров Баухауса в Дессау (1926): слева направо: Йозеф Альберс, Хиннерк Шепер, Георг Мухе, Ласло Мохой-Надь, Герберт Байер, Йост Шмидт, Вальтер Гропиус, Марсель Брёйер, Василий Кандинский, Пауль Клее, Лионель Фейнингер, Гунта Штёльцль и Оскар Шлеммер. | Фото (фрагмент): © picture alliance akg images

отмена заглавных букв

Плакат Баухауса, 1929 Плакат Баухауса, 1929 | Фото: © picture alliance/Heritage images Идея «корпоративной идентичности» существовала уже во времена «Баухауса». Принятые в этой школе принципы лаконизма и эффективности распространялись не только на дизайн квартир и предметов быта, но и на полиграфию. В 1925 году Герберт Байер, начинающий мастер мастерской печати и рекламы в Дессау, инициировал последовательный отказ от использования заглавных букв. Почему? Из соображений экономии времени. В шапке каждого письма печаталось пояснение: «мы пишем всё с маленькой буквы, потому что экономим время. к тому же, зачем нужны 2 алфавита, если с помощью одного можно достичь тех же результатов? зачем писать с большой буквы, если нельзя говорить с большой буквы? Сознательное нарушение правил орфографии считалось прогрессивным. Но у этого шага были и политические последствия: письма, на которых адресат Баухаус из Дессау был написан маленькими буквами, городская администрация просто уничтожала. Власти опасались того, что якобы политизированные баухаусовцы могли тяготеть к коммунизму.

Женщины в Баухаусе

Групповая фотография ткацкого класса Гунты Штёльцль (в галстуке), ок. 1927 Групповая фотография ткацкого класса Гунты Штёльцль (в галстуке), ок. 1927 | Фото: © picture alliance/akg-images Гропиус был поражен тем, что новая школа искусств в равной мере привлекала и мужчин, и женщин. Новая конституция Веймарской республики гарантировала женщинам неограниченную свободу обучения, так что места в Баухаусе им тоже доставались. Тем не менее, им приходилось нелегко. Студенток по возможности «оттесняли» в текстильную мастерскую. Мастер настенной живописи Оскар Шлеммер иронизировал: «Где шерсть, там баба, что прядет. Пусть так и время проведет».

Безумные костюмированные вечеринки

Неверно считать, что Баухаус был цитаделью серьезных авангардистов, которых интересовали лишь геометрические формы и абстрактные формулы. Баухаус прославился не только простым и при этом революционным дизайном, но и легендарными тематическими и костюмированными вечеринками, а также танцевальными и театральными вечерами. Здесь неделями работали над экстравагантными костюмами, изготавливали парики, разучивали танцы. На сцене появлялись такие постановки, как «Фигуративный кабинет», пародирующий технический прогресс, или «Триадический балет» — гротескная смесь танца, актерской игры и пантомимы. Строгий, без излишеств стиль — лишь одна из граней жизни Баухауса в Веймаре, Дессау и Берлине. Оркестр «Баухауса», 1930 Оркестр «Баухауса», 1930 | Фото: © Bauhaus Archiv Berlin

Насмешки

Не заставили себя ждать и насмешки над необычными идеями Баухауса, над противоречием с традицией. Философ Теодор В. Адорно называл дома с плоской крышей «консервными банками», голландский художник Тео ван Дусбург язвил, что Баухаус производит «экспрессионистский конфитюр», а философ Эрнст Блох и вовсе считал искусство Баухауса «безликим». Возможно, эти злые слова — тоже доказательство успеха.
Дом с плоской крышей, 1926/27, в построенном Баухаусом квартале Дессау-Тёртен Дом с плоской крышей, 1926/27, в построенном Баухаусом квартале Дессау-Тёртен | Фото: © picture-alliance/akg

Сектантские веяния в Баухаусе

Роль гуру с эзотерическим уклоном взял на себя художник и сторонник реформаторской педагогики Йоханнес Иттен, который начал преподавать в Баухаусе в 1919 году. Высоко почитаемый учениками, искренне ненавидимый противниками Иттен познакомил Баухаус с практиками секты маздазнан, к числу которых относились вегетарианство, голодание и специальные дыхательные и сексуальные техники. Педагогические методы мастера также никого не оставляли равнодушным: гимнастические и дыхательные упражнения чередовались с темпераментными приступами гнева со стороны учителя, когда ученики делали не то, что он хотел. После ссоры с Гропиусом в 1923 году Иттен покинул Баухаус. Мастер Шлеммер и по этому поводу отпустил едкое замечание: «Медитация и ритуалы были для Иттена и его кружка важнее работы».