Вольга Гапеева

Родилась в Минске в 1982 году. Лирик и автор детских книг, переводчик и кандидат филологических наук. За последние 10 лет опубликовано восемь томов поэзии и прозы, а также поэтические переводы среди которых произведения Норы Гомрингер, Ульяны Вольф, Моники Ринк, Сильвии Плат и Теда Хьюза.


Публикации:

  • Рэканструкцыя неба („Реконструкция неба“) – Минск: Логинов, 2003
  • Няголены ранак („Небритое утро“) – Минск: Логинов, 2008 
  • Метад муаравых крэсак („Метод муаровых полос“) – Минск: Голиафы, 2012
  • Прысак і пожня („Пепел и солома“) – Минск: Логинов, 2012
  • (в)ядомыя гісторыі („(не)забываемые истории“) – Минск: bybooks.eu, 2013
  • Дзве Авечкі („Две овечки“) – Минск: Логинов 2014
  • Сумны суп („Грустный суп“) – Минск: Голиафы, 2014
  • Граматыка снегу („Грамматика снега“) – Минск: Голиафы, 2017

Из интервью с Вольгой:

- Как вы пришли в литературу? Почему начали писать?

- С детства я была окружена книжками не только на беларусском и русском, но и на французском, немецком: в моей семье (бабушка, дедушка, тёти) все были, в основном, преподавателями перечисленных языков и литератур. У меня особо не было компании других детей, поэтому я развлекалась, как могла (придумывала что-то, рисовала кроссворды, пыталась сама учить немецкий и французский). Когда я была в садике и начальной школе, мы с мамой часто мы играли в словесные игры, наверное, поэтому я так люблю языки. Намного позже моя научная руководительница по докторской скажет: «Воля, вы так пишете о словах будто они – люди». Думаю, она права, и слова для меня очень осязаемы и субъектны. 

Моя «литературная карьера» началась в школе с литературного кружка, который организовала наша учительница по беларусскому языку и литературе, там я узнала про типы рифмы и размеры, но в основном мы переделывали стихи наших классиков в школьные пародии, так что начинала я как сатирик ☺. Потом уже в старших классах я стала писать свои стихи, и моя вторая учительница по бел.языку и литературе предложила мне сходить на литературное объединение при журнале «Першацвет», которое проходило по понедельникам в здании тогдашнего союза писателей. Было очень волнительно прийти туда, но уже через год вышла моя первая публикация в этом журнале, а через 4 года – первая книга.