Изменения климата «Все сейчас менее предсказуемо»

Охота на снегоходе
Охота на снегоходе | Фото: Tom Koene © picture alliance

Миссия Института культур инуитов Аватак состоит в том, чтобы продвигать и защищать язык и культуру инуитов Нунавика. Институт является партнером со стороны Канады по проекту обмена резидентами «Право на холод» Гёте-Институтов Норвегии, Финляндии, России и Канады. В интервью художники и сотрудники этого Института Оливия Лия Томасси и Николя Пирти-Дюплесси рассказывают о своей жизни между двух культур, о влиянии климатических изменений на условия жизни на севере и о своей работе в Институте Аватак.

Каролиной Ганьон

«Наша цель – способствовать образованию сети музеев или центров передачи традиций, посвященных культуре инуитов».

Николя Пирти-Дюплесси

Оливия Лия Томасси и Николя Пирти-Дюплесси, расскажите нам о себе, об общинах Нунавика, из которых вы родом, и о вашей работе.
 

Николя Пирти-Дюплесси: Я родом из поселка Акуливик. Мой отец из Квебека, а мама – инуитка, поэтому у меня такая фамилия – Пирти-Дюплесси. Они оба учителя, и я тоже продолжил династию. Еще я переводчик, потому что я трилингв, и музыкант. 
Николя Пирти-Дюплесси Николя Пирти-Дюплесси | © Аватак Они оба учителя, и я тоже продолжил династию. Еще я переводчик, потому что я трилингв, и музыкант. Название моей группы – «Арктистик», потому что мой поселок расположен на Полярном круге, а наш альбом – это артистический проект. С 2018 года я работаю в Институте культуры инуитов Аватак сотрудником по сбору информации. До этого я трудился в области картографии. Я объездил 11 общин Нунавика и провел интервью с охотниками и старейшинами, чтобы выверить точность топонимов, собранных в восьмидесятых годах прошлого века, и исправить их, если нужно. Я нашел много охотничьих заимок и обозначил территорию Нунавика, которая включает в себя 14 общин, плюс еще община Чисасиби, которое расположена на землях племени Кри. Всего получается 15 общин. Они объединены в Корпорацию Макивик, которая представляет инуитов в разговоре с властями Квебека и Канады. В Квебеке живут 14 тысяч инуитов, а всего в Канаде – 67 тысяч инуитов.

Оливия Лия Томасси: Я родом из поселка Кангирсук, расположенного на побережье залива Унгава. Он находится примерно на той же широте, что и Акуливик, откуда родом Николя, но поселок Николя стоит на побережье Гудзонова залива. Я тоже полукровка. Мой отец из городка Труа-Ривьер из Квебека, а мама – инуит из поселка Кангирсук. Я художница. Снимаю короткие видео, и еще я интересуюсь искусством плетения бус. Я также немного занимаюсь театром. Пьеса, в которой я сейчас занята, «Аалаапи», будет представлена на фестивале «ТрансАмерики» (TransAmériques)
  • Вид на Акуливик © Liesel Urtnowski, Avataq Cultural Institute
    Вид на Акуливик
  • Вид на бухту Кангирсук, несколько домов на противоположной стороне. © Liesel Urtnowski, Avataq Cultural Institute
    Вид на бухту Кангирсук, несколько домов на противоположной стороне.
  • Дом, в котором вырос Николя Пирти-Дюплесси © Nicolas Pirti-Duplessis
    Дом, в котором вырос Николя Пирти-Дюплесси
  • Кангирсук, побережье залива Унгава © Olivia Lya Thomassie
    Кангирсук, побережье залива Унгава
  • Библиотека Аватака © Nicolas Pirti-Duplessis
    Библиотека Аватака
Расскажите нам побольше об Институте Аватак и о вашей работе в этом институте.
 
Николя Пирти-Дюплесси: Миссия Института культур инуитов Аватак состоит в том, чтобы продвигать и защищать язык и культуру инуитов Нунавика (Северный Квебек). В Институте работают различные департаменты: археологии; местных культурных сообществ; исследований, библиотек и архивов; музейного дела; языка инуитов – инуктитут; коммуникаций и публикаций; секретариат по искусству. Головной офис Института находится в поселке Инукьяк, на берегу Гудзонова залива. Там работают три сотрудника. У нас также есть отделение в Монреале, где мы держим свои архивы и предметы, которые были доверены нам на хранение. Например, у нас собрано множество разных интервью со старейшинами, которые были взяты в пятидесятые и шестидесятые годы прошлого века. Наша цель – способствовать образованию сети 
Olivia Lya Thomassie Olivia Lya Thomassie | © Avataq музеев или центров передачи традиций, посвященных культуре инуитов. В основном, мы активны на местном уровне, но мы также участвуем и в международных проектах.
 
Оливия Лия Томасси: Я работаю в департаменте Аумааггиивик – это секретариат по искусствам Нунавика внутри Института. Наша задача – поддерживать художников Нунавика. У нас организована программа грантов, но мы также помогаем людям искусства заполнять заявки на гранты на федеральном, региональном и муниципальном уровнях. Мы продвигаем мероприятия художников-инуитов, и каждый месяц какой-нибудь мастер Нунавика становится субъектом особого внимания на нашем сайте. Я беру интервью у художника месяца и пишу текст на английском языке, который переводится на французский и на язык инуктитут. Мы также организуем разные мероприятия, такие как недавние показы в прямом эфире на Фейсбуке.

Ломается лед.

Тема проекта «Право на холод» – это климатические изменения и их воздействие на циркумполярные регионы. Вы оба родом их этих мест, и у вас есть возможность регулярно возвращаться туда. Что вы там видите? Сообщества ощущают ли на себе климатические изменения?
 
Оливия Лия Томасси: Я обсуждала этот вопрос со многими людьми в моей общине, включая старейшин. Сейчас все менее предсказуемо в смысле погоды. Меня поражают участившиеся несчастные случаи с охотниками и рыбаками. Лед ломается все чаще, когда они передвигаются на снегоходах.
 
Еще одно изменение состоит в том, что материалы больше не используются вторично, как это было раньше. В прошлом из шкур тюленей или северных оленей делали каяки или сани. Когда забивали животное, его тело использовали для разнообразных целей. Теперь мы в основном передвигаемся на снегоходах. Поэтому надо доставлять в наш регион этот транспорт или запасные части к нему для ремонта. Это очень дорого и, с точки зрения экологии, неправильно.
 
Я познакомилась с индейцами из Южной Америки, и они рассказали мне о проектах горнодобывающей отрасли в тех местах, где они живут. Хотя шахты работают в сотнях километров от основных центров, они воздействуют на всю страну, потому что все регионы объединяет одна природа, будь то реки или деревья, на которые влияет добыча полезных ископаемых. Поэтому это глобальный вопрос.
 
Я бы также добавила, что сегодня все больше биологов приезжают на север, чтобы изучать влияние климатических изменений, беря пробы животных или рыб. Я нетерпением жду результатов их исследований.
  • Охотник-инуит со своим каяком и веслом в Килалугарсиувике © George Simpson McTavish. Library and Archives Canada, C-03408.
    Охотник-инуит со своим каяком и веслом в Килалугарсиувике (река Птит-Бален, Квебек)
  • Охота на диких северных оленей карибу на снегоходах © Father Kees Verspeek, OMI. Avataq Cultural Institute, IND-VER-042
    Охота на диких северных оленей карибу на снегоходах
  • Женщины-инуитки на борту умиака в Гудзоновом проливе во время экспедиции Уильяма Уэйкхэма, 1897 г. © Albert Peter Low. Library and Archives Canada, PA-051464 (Avataq Cultural Institute, A-PA)
    Женщины-инуитки на борту умиака в Гудзоновом проливе во время экспедиции Уильяма Уэйкхэма, 1897 г.

Больше снега, чем раньше.

Николя Пирти-Дюплесси: Я помню, что в девяностые годы холод наступал уже в сентябре и что на Хэллоуин мы надевали наши маскарадные костюмы на зимние куртки – так было холодно. Теперь мороз приходит позже. Раньше мы выезжали на лед на снегоходах в октябре, но сейчас это можно сделать скорее в декабре. Появился временной зазор не меньше чем в два месяца. Также за последние несколько лет у нас выпадает намного больше снега. Когда он тает, он топит деревню. Это еще одна проблема.
 
Я, конечно, не ученый, но думаю, что решение этой проблемы состоит в использовании возобновляемых источников энергии. Например, в Кууджаге есть геотермальная теплоэлектростанция. В Исландии тоже построили геотермальные ТЭЦ. Мне кажется, это хороший способ вырабатывать электричество из тех источников энергии, которые у нас есть.
 
Вы часто возвращаетесь в Нунавик?
 
Оливия Лия Томасси: Я стараюсь приезжать как можно чаще, но сейчас это невозможно из-за пандемии. В домах живет много людей, и для карантина там нет особого помещения. Раньше я ездила туда два-три раза в год.
 
Николя Пирти-Дюплесси: Билеты на самолет очень дорогие. В среднем, они стоят 4 тысячи долларов, но мы, будучи бенефициарами Корпорации Макивик, получаем скидку в 75%. Самая большая проблема, как объяснила Оливия, – это найти место, где можно остановиться. В Кууяке есть дом, где можно переждать карантин, но в других поселках такого места нет

Это интервью было взято Каролиной Ганьон, куратором программы, Гёте-Институт, Монреаль