Исключительно… общительно Как принято представляться в Германии

Знакомясь, в Германии, как правило, называют свое имя — и сразу после него профессию. Но для нашего колумниста Максимилиана Будденбома все оказывается не так просто.

Von Максимилиан Будденбом

Танцы на свадьбе в Уэльсе «Кстати, а чем ты занимаешься?» Вместо того, чтобы танцевать, как тут, в Уэльсе, в Германии даже на вечеринках любят поговорить о работе. | Фото (фрагмент): Unsplash © Mitchell Orr
Представляясь, сначала говорят фамилию (хотя все чаще ограничиваются лишь именем, потому что общество постепенно переходит на «ты»). Почти сразу, если это и так не ясно из контекста, люди называют свою профессию, то есть говорят, чем занимаются. Так принято.
 
Если о профессии умалчивают (например, находясь на частной вечеринке, где о работе говорить как-то не хочется), тогда, стоит только на минутку отлучиться, все сразу спрашивают: «Какой симпатичный человек, а чем же он занимается?» Это знание — насущная необходимость. Без него у нас нельзя составить себе представление о человеке, по сути, без определенной профессии он и вовсе ничего из себя не представляет. Вполне подойдет даже «школьник» или «студент» — у нас уже лет с шести можно быть «кем-то».

«Я скорее интроверт»

Представляясь, никогда не стоит говорить о том, кем еще ты себя считаешь, это всех только запутает. «Меня зовут Максимилиан, и я скорее интроверт»… Нет, подобное никому не интересно. Равно не стоит упоминать, что у тебя есть дети, что по знаку Зодиака ты Лев, что ты атеист или интересуешься экологией, это все не важно. «Я — сантехник!» — вот что люди жаждут знать.
 
Пусть я и не сантехник. Это был просто пример, который пришел мне на ум — про сантехников стали много говорить и писать из-за того, что в Германии они стали редкостью. А вот будь я сантехником, тогда каждый встречный восклицал бы при знакомстве: «Как здорово! Вы, наверное, нарасхват!» И любой бы сразу понимал, что такое — сантехник, и, значит, что такое я сам, и поздравлял бы меня с выбором такой надежной карьеры. Это было бы так приятно и просто.

До полудня цифры, после — буквы

Но все совсем не просто. Когда я представляюсь, никто говорит: «Как здорово». Потому что с утра я финансовый контролер в большом концерне, а во второй половине дня — писатель-фрилансер. До полудня у меня цифры, а после — буквы, как я всегда спешу добавить, чтобы заполнить паузу удивления. Я неоднозначен — вот в чем дело. Кто же я в большей степени?
 
Мои коллеги-финансисты считают, что я немного с приветом, ведь я по доброй воле работаю неполный день, а потом отдаюсь какому-то непонятному творчеству. Мои собратья по перу считают, что я немного с приветом, ведь я по доброй воле работаю в финансовом отделе, а так в творческой среде не поступают.

Да не будет у тебя более одной профессии!

Мои коллеги-финансисты обычно полагают, что во второй половине дня я отдыхаю, ведь я просто сижу, размышляю да пишу строчку-другую, какой же это труд? Собратья по перу обычно полагают, что по утрам я могу расслабиться — у меня же есть постоянная работа, где мне не нужно гнаться за очередным заказом или лихорадочно выдумывать новый текст взамен того, который вычеркнули прямо перед сдачей материала.
 
На самом деле я работаю довольно много, но, как назло, из-за двух профессий замечаю это лишь я один. Мне кажется, будто мои собеседники постоянно пытаются сообразить, кто же я «на самом деле», и я могу сколько угодно объяснять, что в остальном я более-менее нормальный человек, во всяком случае, насколько мне известно. Ни у кого не получается это до конца принять. Кстати, ни одна анкета в нашей стране не справляется с моей особенностью. «Профессия» там употребляется строго в единственном числе. И да не будет у тебя более одной! Даром что ничего подобного не найти ни в Библии, ни в законах — это настолько непреложно, что кажется, будто записано и там и там.
 
Меня зовут Максимилиан Будденбом, я работаю тут колумнистом. Да будет так.

«Исключительно…»

Нашу серию колонок «Исключительно...», еженедельно сменяя друг друга, пишут Герасимос Бекас, Максимилиан Будденбом, Кин Ливен и Доминик Отианга. В «Исключительно… общительно» Максимилиан Будденбом рассказывает про общество и его самые маленькие частички: семью, дружбу, отношения.