Цифровое неравенство ДЕКОЛОНИЗОВАТЬ ИНТЕРНЕТ

Интернет-кафе с женщиной и ребенком
Сервис „Free Basics“ от Facebook | Фото: Джон Мур/Getty Images

В Интернете главенствуют структуры, наделенные властью. Цифровой колониализм — наглядный пример того, как традиционные иерархии из реального мира укрепляют свои позиции во всемирной сети. Однако активисты и люди искусства оказывают им все возрастающее сопротивление.

Ина Холев

В Интернете все равны — с надеждой думали многие еще в начале этого тысячелетия. Когда в конце 1950-х Интернет начал свой путь из военных аналитических центров в научные организации, а также в (поначалу очень небольшие) круги общественности, казалось, что это будет утопическое место. Под маской анонимности все пользователи должны были быть равны и, соответственно, наделены равными правами. Никаких иерархий — в том числе и между пользователями разных стран.
 
Однако такая надежда на Интернет как свободное от дискриминации пространство до сих пор остается иллюзорной. Напротив: структуры власти прочно укоренились уже в самой технической инфраструктуре. Посредством этих структур история колониализма продолжается уже и в виртуальной сфере: мы имеем дело с «цифровым» или «электронным колониализмом».
 
Так, многие алгоритмы искусственного интеллекта демонстрируют расизм. Многие программы распознавания лиц, используемые системами наблюдения, не в состоянии узнавать цветных людей. Чаще всего технологии ошибаются, имея дело с черными женщинами. Это зависит в первую очередь от тех, кто программирует приложения: обычно это белые мужчины с Запада. Им самим намного труднее различать цветных, чем белых. Данное обстоятельство более или менее косвенно влияет на их взгляд на мир и разрабатываемые ими технологии.
 
Все остается, как было. Современный мир стал глобальным — и теперь в нем присутствует глобальное разделение на «Север» и «Юг». Существующие с XVI века колониальные структуры воплощаются в наши дни в новых формах. Индустрия высоких технологий не может обойтись без поступающего с Юга сырья. Теми же маршрутами, которыми раньше корабли везли на Север рабов, теперь транспортируются редкоземельные металлы. Их добывают в южных странах, зачастую в ужасных условиях — как, например, добывают кобальт на рудниках Центральноафриканской Республики.
 
Мобильные телефоны, компьютеры и другие электронные устройства, выпускаемые под глобальными марками, собирают на фабриках в странах с дешевой рабочей силой, где условия труда часто далеки от нормальных.
 
Причем таким образом производятся не только материальные объекты: на Филиппинах существуют целые центры, где модераторы контента, работающие на крупные соцсети, ежедневно проверяют содержимое сетей на наличие видео со сценами насилия. Никакая психологическая поддержка им не оказывается.

Картели Amazon, Facebook, Google…

Но цифровой колониализм простирается еще дальше. Он пронизывает всемирную сеть практически полностью и, по определению, которая правозащитница Рената Авила дала этому континууму колониализма, представляет собой «новую, квазиимпериальную структуру власти, которую доминирующие силы навязывают большому числу людей без их согласия».
 

Even though we talk about the World Wide Web, there’s a global divide between “North” and “South”.

Авила — активистка из Гватемалы, один из известнейших критиков цифрового колониализма. В «Отчете о здоровье Интернета» официально некоммерческой организации Mozilla Foundation она критикует, в частности, тесное взаимосплетение политики и технологий. Так, например, осенью 2019 года правительство США в качестве ответа на беспорядки в Венесуэле велело американской фирме Adobe заблокировать облачные сервисы в этой южноамериканской стране. Поэтому Авила выступает в первую очередь за ужесточение картельного права и технологию, которая служила бы благу общества. Она требует альтернатив таким гигантам, властвующим в Интернете, как, например, Amazon, Facebook, Google. Локальные же инициативы следует поощрять. «Деколонизовать Интернет!» — так звучит ее требование.
 
Но локальные инициативы часто терпят неудачу уже хотя бы потому, что во многих регионах мира доступ к Интернету отсутствует вообще, или скорость соединения слишком низкая. И это проблема, потому что сервисы глобальных игроков интернет-рынка используются, разумеется, и во многих регионах Глобального Юга. Интернет-гиганты предоставляют услуги с очень большим удовольствием — но, разумеется, не бесплатно. А так как финансовые средства на Юге обычно ограничены, пользователи оплачивают эти сервисы в первую очередь своими личными данными.

Of the 70 000 Wikipedia authors active worldwide, not even 1000 of them come from Africa.

Так, например, Facebook в 2014 году запустил в некоторых странах Африки и Южной Азии сервис Free Basics. Это приложение, предоставляющее урезанную версию Интернета. Оно разработано специально для регионов с плохой инфраструктурой и бесплатно показывает определенные сайты. Многие другие сайты недоступны. Однако обязательным условием для использования Free Basics является доступ через аккаунт на Facebook — то есть, передача личных данных.
 
Индия запретила этот сервис в 2016 году. Как и ряд других стран, Индия активно критикует такие формы цифрового колониализма. К числу критиков обычно принадлежат государства с колониальным прошлым, обладающие на данный момент сравнительно хорошо развитой инфраструктурой. Они в состоянии укреплять собственные национальные сервисы — и, соответственно, местную экономику. Многие активисты критикуют и эту тенденцию тоже, потому что с их точки зрения вопросы защиты данных при этом не решаются. Вместо американских (как правило) фирм доступ к данным пользователей получают местные правительства и компании. Получается, что нарративом цифрового колониализма злоупотребляют для продвижения собственной политической повестки.
 
С учетом такой ситуации не удивительно, что все доступное в Интернете знание нельзя назвать ни бесплатным, ни объективным. Например, Википедия: большинство авторов энциклопедии (и относящегося к ней открытого проекта Викисклад) —мужчины, причем, как правило, белые. Зачастую они пишут, не осознавая своих привилегий и однобокости взгляда. «Только 20% участников Викисклада — с Глобального Юга», — констатирует индийская интернет-активистка и писательница Анасуйя Сенгупта в интервью «Немецкой волне». Чтобы сделать Википедию более разносторонней и объективной, она основала группу „Whose Knowledge?“ («Чье знание?»)
 
«Викимания», ежегодная встреча википедистов, в 2018 году состоялась в Кейптауне — то есть, первый раз прошла в Африке южнее Сахары. В энциклопедии особенно не хватает информации, которая исходила бы с африканского континента: в мире примерно 70 000 активных википедистов, из них в странах Глобального Юга проживают всего около 14 000. В Африке, по данным Думисани Ндубане из проекта «Викисклад ЮАР», авторов Википедии менее 1000. Так быть не должно.

Традиции нарратива не поддаются дигитализации

Знание стоит чего-то только в том случае, если оно сохранено в сети? Караитиана Таиуру, активист из Новой Зеландии, отвечает на этот вопрос с точки зрения маори и указывает на то, что не всякое знание зафиксировано в письменном виде, и, таким образом, оно не поддается сохранению в цифровой форме. В качестве репрезентативного примера Таиуру приводит традиции устного нарратива многих аборигенных культур.
 
С точки зрения активиста, в результате цифровизации знание зачастую фиксируется по привычным западным лекалам. Для Таиуру любое знание, зафиксированное в Интернете, всегда включено в иерархическую культуру; «колониальные взгляды инкорпорированы в технологию».
 
В противостоянии цифровому капитализму все больше проявляют себя художники — в особенности представители медиа-арта. Многие творческие люди, будучи киберфеминистами и киберфеминистками, критикуют колониальные структуры власти в Интернете, причем для реализации своей критики они пользуются теми же цифровыми средствами, что и их оппоненты. Например, работы французско-гайанской видеохудожницы Табиты Резэйр выдержаны в суровой эстетике Интернета начала 2000-х. Таким образом она символически возвращается к утопическим корням Интернета. В своей работе Deep Down Tidal Резэйр задействует мерцающие образы, искаженные голоса и сбивающую с толку анимацию. На ее видео фигуры ныряют в морские глубины, где проложены интернет-кабели, соединяющие в первую очередь страны Глобального Севера — и жалуются на несправедливость, царящую в цифровом мире.
 
Правозащитница из Гватемалы Рената Авила мечтает о том, чтобы критики цифрового капитализма объединились. Перед ними стоит общая задача — постепенно изменить Интернет во многих местах, где это необходимо. Правозащитница прекрасно отдает себе отчет в том, что полностью деколонизованный, справедливый и свободный от дискриминации Интернет — это утопия. В этом плане цифровой мир не отличается от аналогового.