Интервью с Саодат Исмаиловой „Я не утверждаю, я строю диалог.“

 „Syncretic verses“
„Syncretic verses“ | © Foto: Saodat Ismailova

«Синкретичные стихи» (“Syncretic verses”) станет вашей первой персональной выставкой в вашем родном городе. Что вы ощущаете накануне демонстрации ваших работ в городе и стране, где вы выросли? 

Несмотря на то, что выставки моих работ проходят за пределами Центральной Азии, я чувствую глубокую связь со своей культурой, и до настоящего времени она является единственным источником моего вдохновения. Мысль о том, что мои работы покажут в городе, в котором я родилась и выросла, приводит меня в волнение. Я с трепетом предвкушаю тот миг, когда местные зрители соприкоснутся с пересечением моих  внутреннего и воображаемого миров. Моя крошечная внутренняя вселенная наконец возвращается в свою материнскую экосистему, где станет ясно, насколько она придется по душе местной аудитории, как будет с ней взаимодействовать.    
 
Многие ваши работы связаны с языческими ритуалами женщин Центральной Азии. Что вас привлекает в этой довольно необычной тематике? 

Я бы сказала, мне, скорее, интересен синкретизм, такой уникальный и разнообразный по форме в Центральной Азии. Все мы прекрасно знаем, что регион находится в зоне пересечения различных культур – именно здесь они встречались, оказывали взаимное влияние и развивались параллельно друг другу. Их активное взаимодействие оставило свой отпечаток на местном искусстве и традициях, на духовной и повседневной жизни людей. Я часто жалела, что не занималась изучением антропологии и истории Центральной Азии, но позже я нашла способ реализовать это увлечение, занявшись кинематографией. В то же самое время в наследство от бабушки мне осталось огромное количество рассказов, воспоминаний, ритуалов, которые требовали осмысления по мере того как я росла, и именно из них я узнала мир женщин Центральной Азии. Более глубокое его изучение позволило познакомиться с научными работами советского периода по антропологии, археологии и этнографии. Работы Снесарева, Сухаревой, Андреева, Толстого и Басилова помогли мне понять и переосмыслить себя.    
    
Что можно узнать из ваших работ о жизни женщин в Центральной Азии? Что с вашей точки зрения характеризует текущее положение женщин в Центральной Азии и особенно в Узбекистане? 

Мне кажется, именно женщины ответственны за передачу духовности и самоидентификации. Недаром ведь первый язык, на котором мы начинаем говорить, с помощью которого мы устанавливаем первичную связь с внешним миром, называется «материнским языком» (англ. mother tongue, maternal language). Язык является определителем культуры человека. И именно женщины сохраняют и передают следующим поколениям синкретичные верования, мифы, обычаи, причем делают это исключительно на подсознательном уровне. Это нетрадиционные знания, знания, определяющие аутентичность центрально-азиатского региона.     
Женщине совершенно необходимо развивать свою личность и свои индивидуальные особенности; только это гарантирует стабильность в любом обществе. Но, к сожалению, из года в год я наблюдаю, как самооценка женщин падает. Просвещение, саморазвитие, вера в собственные способности и творческое самовыражение – вот что необходимо современным женщинам Центральной Азии.  

В 2005 г. вас пригласили на участие в арт-резиденции, проводимой Германской службы академических обменов  в Берлине, а в 2010 г. вы снова приехали в Берлин, теперь уже в качестве бывшей участницы Berlinale Talent Campus. Как повлияло время, проведенное в Германии, на ваше творчество?   

Опыт участия в арт-резиденции, организованной Германской службой академических обменов, пригодился при написании сценария для моего первого художественного фильма 40 Days of Silence («40 дней тишины»). Также было очень здорово познакомиться с учеными из Университета Гумбольдта, занимающихся исследованием Центральной Азии. На «Берлинале» я также познакомилась с немецким продюсером Бенни Дрехзелем (Benny Drechsel) из компании Rohfilm, вместе с которым мы и создали мой первый художественный фильм. Позднее спонсорскую поддержку при создании фильма оказал Фонд мировой кинематографии – финансовая организация при Берлинском международном кинофестивале, поддерживающая независимых кинохудожников во всем мире. Это престижный фонд, финансовой поддержки которого  удостаивается лишь незначительное количество тщательно отобранных сценариев. А в 2014 г. на Берлинале, на Официальном форумном отборе (Forum Official Selection), посвященном авторскому кино, состоялась премьера моего фильма. В том же году прошла моя персональная выставка Celestial Circles («Небесные круги») в Neuen Gaerie Hohmannhaus в Аугсбурге. Этот опыт и поддержка со стороны Германии значительно способствовали моему развитию как художника.       
     
Какие идеи и опыт вы бы хотели передать посетителям вашей выставки в театре «Ильхом»? 

Идеи и опыт  - это невольный результат личных переживаний. Мое творчество оставляет большое пространство для зрительских размышлений и интерпретаций, и это для меня главное. Важно постоянное взаимодействие. Я не утверждаю, я строю диалог. Если ко мне возникают вопросы, значит, моя работа попала в цель. А интерпретация и прочтение зависят от личного опыта, пути развития и неудач каждого человека. Цель выставки – заставить воображение работать, заставить думать о невидимых пространствах, окружающих нас. Чем мы их заполним, зависит только от нас. С технической точки зрения, на выставке представлена серия моих избранных видеоработ, созданных в течение последних пяти лет. Все они посвящены теме синкретичных ритуалов, которые, к сожалению, постепенно забываются. Сцены паломничества к святым местам, которые почитаются в наше время, перемежаются с текстами антропологов и этнографов. Основная задача – усилить понимание духовной стороны жизни и духовной экосистемы региона. У некоторых зрителей, возможно, мои работы пробудят воспоминания детства. Хотелось бы, чтобы зрители нашли время и записали свои анонимные воспоминания в тетрадь, которую им предоставят при выходе из театра «Ильхом». 

Интервью: Анкатрин Мюллер