Интервью Елены Тупысевой «Без высшего образования будущего у современного танца нет»

Балеты «Свадебка/Весна священная» в постановке Режиса Обадиа. Балет Москва
Балеты «Свадебка/Весна священная» в постановке Режиса Обадиа. Балет Москва |

Современный танец в России существует не больше 20 лет. Художественный руководитель камерного балета «Москва» Елена Тупысева стояла у его истоков, начав продвижение этого вида искусства в России еще в конце девяностых годов и став одним из самых значимых продюсеров современного танца в России сегодня. В интервью онлайн-журналу Елена Тупысева рассказала, в какой точке находится российский современный танец сегодня, как государство может помочь его развитию в будущем и чему российским хореографам можно поучиться у европейских.

Как бы вы кратко определили современный танец?

Современный танец – это часть современного исполнительского искусства, где основным языком выражения является тело, а основными участниками процесса – хореографы и танцовщики. Современный танец неоднороден, внутри его есть много различных направлений – это театр танца, чистый современный танец, перформанс, концептуальный перформанс и т.д.

Вы начали заниматься продвижением современного танца в начале 2000-х годов, почти 15 лет назад. В какой точке находился современный танец в России тогда?

Если говорить о конце 90-х - начале нулевых, то это было совсем зачаточное состояние, когда в разных городах, абсолютно стихийно, энтузиасты начинали создавать свою школу, фестиваль или труппу. Сейчас по прошествии этого времени их можно назвать пионерами современного танца в России. Это Татьяна Баганова в Екатеринбурге, Ольга Поно в Челябинске, Саша Пепеляев в Москве. Был еще Николай Огрызков, который открыл детскую школу в Москве по современному танцу, Лев Шульман. Единственное, что на начало нулевых было сделано, это то, что благодаря фестивалю и национальной премии «Золотая маска», современный танец был включен в конкурс фестиваля. В этот момент современный танец получает статус отдельного вида театрального искусства.

Можно ли сказать, что сегодня современный танец существует в России лишь в больших городах?

Я считаю, что нет такой закономерности. Все зависит от того, есть ли в этом городе люди, которые пытаются в этом направлении что-то делать. Уникальный пример – Кострома, где проживает меньше 300 000 человек, но зато там есть своя независимая компания, которая получила недавно госфинансирование. Там есть арт-площадка «Станция», которая показывает современный танец и привозит разные проекты. В Санкт-Петербурге, как ни странно, ситуация намного хуже, чем в том же Екатеринбурге: нет ни одной государственной компании, муниципальной или областной, которая занималась бы этим направлением. В Санкт-Петербурге проходят 2-3 фестиваля, но современному танцу выживать там сложнее. В Новосибирске есть периодически всплески, но местной компании современного танца нет. Если нет школы или компании, а есть только разрозненные исполнители и хореографы, то сообщество строить сложнее.

Существует ли отлаженный механизм поддержки современного танца в России, как, например, в Европе, где создана очень четкая инфраструктура в виде государственных дотаций, грантов и системы образования?

Современный танец в Европе – приоритетное направление современного исполнительского искусства. Там существуют специальные программы, связанные именно с поддержкой современного танца, который выделен в отдельную область, в России этого нет. Я думаю, что в этом-то и есть сложность: наша культурная политика не предполагает выделение и развитие каких-то новых жанров. В советское время был приоритет: мы развиваем балет, мы развиваем. По всей стране была создана система балетных училищ, в каждом большом городе был свой театр оперы и балета. Эту политику можно ругать, потому что это палка о двух концах, но именно поэтому в Советском Союзе существовал балет. Конечно, современный танец развивался бы быстрее в России, если бы была какая-либо целевая программа. Для любой области искусства справедливо: когда совпадает вектор государственной политики, политики филантропии в частном секторе и есть еще люди, которые на местах этим занимаются, то, конечно, все происходит стремительнее.

Успел ли современный танец в России за 20 лет своего существования сформировать свою специфику?

Российский современный танец опирается скорее на западный опыт. Я бы не сказала, что мы имеем свое особое лицо. Тренинги, которые мы используем, конечно, все были выработаны в Европе и Америке за последние 20 лет. Работая в балете «Москва», я могу сказать, что спектакли современной труппы в этом сезоне будут ставить европейские хореографы. Если бы вы меня спросили лет 5 назад, то я бы сказала, что есть тяготение к театру танца. Александр Пепеляев - театральный человек, Татьяне Багановой тоже близки театральные спектакли.

А сейчас?

Сейчас современный российский танец переживает сложный период. Есть часть людей, которым почти 30 лет, как говорят, late-twenties. Среди них было 5-6 человек интересных, и почти все они уехали сейчас учиться за рубеж, кто в Австрию, кто в Германию, кто в Голландию, кто во Францию. Поколение ребят, которым сейчас будет тридцать, еще пока себя не проявило.

А чему могли бы поучиться российские танцоры и хореографы у европейских и американских коллег?

Я бы говорила скорее о Европе, потому что России этот вид современного танца ближе, чем американский. Американский современный танец переживал взлет в 50-60-х годах, сейчас там нет, на мой взгляд, таких интересных фигур. Наследие Триши Браун, Мерса Каннингема - это все уже история. Европейцы сейчас сильны в построении драматургии спектакля современного танца. Если в драматическом театре спектакль основывается на пьесе, то в современном танце она отсутствует. Драматургия придумывается и выстраивается в логическую цепочку в процессе репетиций. Если она построена правильно, то даже неподготовленный зритель поймет спектакль. Это техники и методики, которые нужно нарабатывать.

Куда вы посоветуете идти учиться современному танцу в России?

Если говорить про серьезное образование, то в Екатеринбурге есть факультет танца при Гуманитарном университете. Пожалуй, в России, если речь идет именно об исполнительском мастерстве, то это наиболее приближенный формат к европейскому. В двухгодичной магистратуре Академии им. А.Я. Вагановой, посвященной развитию новых форм современного танца, готовят хореографов, всем поступающим необходимо иметь первое высшее образование, танцевальный бэкграунд или бэкграунд в сфере визуального искусства. Если серьезно себя связывать с этой профессией, то я бы, имея какой-то танцевальный или хореографический опыт в России, уехала бы учиться за рубеж и возвращалась сюда, потому что там конкуренция большая, там очень сложно пробиться. Здесь поле еще не так занято.

Какими вы видите следующие этапы развития современного танца в России?

Я думаю, что необходимо сосредоточиться на образовании. Без высшего образования, как в области исполнительского искусства, так и хореографии, конечно, будущего у современного танца не будет. Театры, фестивали, площадки – это все вторично. Потом должны появляться профильные организации, например, московский или государственный центр современного танца, который полноценно занимался бы именно этим направлением, в том числе послевузовским развитием хореографов и привлечением публики. Современный танец точно из России никуда не денется. Вопрос только в том, как будет происходить дальнейшее развитие и насколько быстро будут созданы недостающие элементы системы.